Социальный регулятор общественных отношений это

Г.П. МЕДВЕДЕВА

ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЙ КОДЕКС:

учебно-методическое пособие

КАЗАНЬ 2004

СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………………………….….3

1. Профессионально-этическая система и профессионально-этический   кодекс, их взаимообусловленность и соотношение……………..…...8

2. Профессионально-этический кодекс: сущность, цели, задачи…...…….….31

3. Профессионально-этические системы и кодексы: некоторые

исторические аспекты………………………….………………….…..52

4. Проблемы кодификации профессионально-этических систем…………….77

5. Вопросы методики разработки и составления профессионально-

этического кодекса…….………………………………………………………...98

6. Разрешение профессионально-этических конфликтов с помощью профессионально-этических кодексов.…………..………………...120

Заключение………………………………………………………………..….…141

Список использованной литературы……………………………………..…...143

Приложение. Примерный Профессионально-этический кодекс специалиста…………………………………………………..………146

ВВЕДЕНИЕ

Словосочетание «профессионально-этический кодекс» хорошо известно в современном профессионально-практическом и научном мире. Как правило, упоминая о профессионально-этическом кодексе, специалисты имеют в виду то, что в данной профессиональной деятельности наличествует сложившаяся, изученная профессионально-этическая система, и она нашла свое отражение в официальном документе, принятом профессиональной ассоциацией на одном из ее форумов.

Профессионально-этические кодексы известны с давних времен, когда впервые человек, выполняющий, помимо обыденных, обособленные профессиональные функции, задумался о том, что не все законные с формальной точки зрения действия или действия, вполне укладывающиеся в рамки общественной морали, обычаев и традиций эффективны в конкретных профессиональных ситуациях. Специфическое содержание и сущность, смысл профессиональной деятельности представителей разных профессий убеждали в том, что профессионал порой должен сделать больше, нежели это предусмотрено законами и общественной моралью и наоборот, то, что с точки зрения закона и общественной морали может выглядеть безупречным, в конкретной профессиональной деятельности может стать фатальным, дать эффект, противоположный ожидаемому.

Например, в обыденной жизни считается нормальным, если люди делятся со своими близкими, знакомыми, соседями своими планами, высказывают мнение по поводу своей профессиональной деятельности и ее ближайших событий, невольно тем самым делая предметом обсуждения профессиональную деятельность и профессиональную группу вообще. Однако недопустимым будет считаться, если военный вне профессиональной среды обсуждает планы ближайших военных операций, тем более в условиях боевых действий. Неэтичными будут сочтены действия врача, который, выйдя от больного, обсуждает его интимные проблемы или особенности состояния и функционирования его организма или психики с посторонними лицами.

Можно заключить из этих немногих примеров, что не все поступки и действия, приемлемые или терпимые в обыденной жизни, допустимы в профессиональной деятельности. В то же время с точки зрения гражданского законодательства эти дискуссии или просто разговоры на тему своей профессиональной деятельности неподсудны – конституциями различных государств признается свобода слова. Попросту говоря, то, что возможно, не всегда допустимо и желательно с точки зрения даже общественной морали. А если учесть, что целый ряд видов профессиональной деятельности специфичен настолько, что требования общей морали могут быть сочтены специалистами чересчур расплывчатыми, неконкретными и попросту неприемлемыми, целесообразным будет перейти от общего к специфическому и в области морали. Иначе говоря, необходимо будет вступить в область профессиональной этики и морали.

Профессиональная мораль делает требования общественной (общей) морали более конкретными, учитывая особенности профессиональной деятельности. Это довольно длительный, постепенный процесс, поскольку формирование морали вообще и морали профессиональной в частности происходит в основном естественным путем, эмпирически, посредством длительного отбора из множества поведенческих реакций тех немногих, которые могут быть признаны профессионально и социально целесообразными. Следует еще раз подчеркнуть: не только профессионально, но и социально целесообразными, поскольку любая профессия и, соответственно, профессиональная деятельность, своим источником имеет потребности человека, потребности общества, а значит, должна оцениваться с точки зрения общественного блага и общественной пользы. При этом общественная польза стоит на первом месте, а на втором и третьем – благо и польза той части общества, которая обращается к данной профессиональной деятельности за помощью в решении своих проблем, и та его часть, которая представляет собой совокупную профессиональную группу.

Позднее, когда обращение к профессиональной морали становится привычным и признанно необходимым в профессиональной деятельности, возникает потребность осмысления и упорядочения сложившихся профессионально-моральных образцов и императивов, приведения их в систему, распространения их на все профессиональное сообщество. Это означает начало процесса формирования профессионально-этического кодекса. Еще позже специалисты не только начинают задумываться над упорядочением требований, норм, принципов и др. элементов профессионально-этической системы, но и предпринимать попытки объяснять и обосновывать их, выявлять взаимосвязи и взаимозависимости элементов, уяснять функции и роли как каждого из элементов, так и их совокупности, выяснять закономерности их развития, трансформаций и т.п. Возникают профессионально-этические учения – теории профессиональной морали, которые затем составными частями, хотя порой фрагментарно, входят в профессиональную этику – науку о профессиональной морали, ее бытии, развитии и роли в профессиональной деятельности и обществе.

Упоминание роли профессиональной морали не только в профессиональной деятельности, но и в обществе вполне правомерно. Любой профессионал, специалист, является не только членом определенной профессиональной группы; он выполняет множество функций, не связанных прямо с профессиональной деятельностью и, соответственно, играет множество социальных ролей. И, видимо, нелепо будет отрицать, что профессиональные поведенческие стереотипы играют значительную роль в обыденной жизнедеятельности. Рабочее время – это время наибольшей активности, осознанности и осмысленности человеческого бытия в течение суток, а зачастую и в течение всей человеческой жизни. То, что делает человек в течение рабочего времени и то, как он это делает, порой незаметно для него самого переступает через временные границы рабочего времени и продолжает реализовываться в обыденной жизнедеятельности. Таким образом, привычное следование профессиональным стереотипам переносится в обыденную жизнедеятельность, и если они (стереотипы) сформированы в соответствии с этическими императивами, профессиональная мораль может оказать формирующее воздействие на мораль всего общества (особенно если профессиональная группа обладает в обществе существенным влиянием) и, следовательно, может играть не последнюю роль в жизни общества и его морали.

Формирование профессионально-этических учений в современном мире происходит несколько иначе, нежели это происходило в античном мире, в период средневековья. Современные специалисты уже хорошо осведомлены о роли морали вообще и профессиональной морали в частности; они знают, что такое профессионально-этический кодекс и каким примерно он может и должен быть. Имеется огромное количество учебной и специальной литературы по проблемам этики и морали, профессиональной этики и профессиональной морали. Поэтому сегодня разработка профессионально-этического кодекса (именно разработка, а не постепенное его формирование и затем оформление в собственно кодекс) может идти одновременно с профессионально-этическими исследованиями или даже опережая их, чему много примеров.

Данная работа представляет собой попытку оказать помощь специалистам различных профессиональных групп в разработке профессионально-этических кодексов – документов, принимаемых различными профессиональными сообществами в нашей стране и за рубежом. Исследования, проведенные автором в области профессионально-этических кодексов, убеждают, что ряд кодексов нуждается в совершенствовании, и это естественно, хотя само их наличие может расцениваться как свидетельство все более ответственного отношения специалистов к своей профессиональной деятельности, все более глубокого осознания ими социальной значимости своей профессии.

Предлагаемое учебно-методическое пособие не претендует на исчерпывающую глубину и полноту изложения материалов, накопленных к настоящему времени специалистами в области этики вообще и профессиональной этики в частности. Однако, если, воспользовавшись пособием, специалисты смогут быстро составить проект профессионально-этического кодекса для своего вида профессиональной деятельности, цель настоящей работы будет достигнута.

1. ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА И ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЙ КОДЕКС, ИХ ВЗАИМООБУСЛОВЛЕННОСТЬ И СООТНОШЕНИЕ

Термин «этика» известен с давних пор, еще с античных времен, когда Аристотель в своем произведении «Никомахова этика» (или «Этика к Никомаху») употребил его в значении, несколько напоминающем современное. Этика (греч. ethika, от ethos -  обычай) - философская наука, объектом изучения которой является мораль, ее развитие, нормы и роль в обществе. Этика является одной из наиболее древних теоретических дисциплин, возникших как часть философии, выделившихся из нее и в дальнейшем развивавшихся на собственной основе. Для обозначения философского учения о морали и нравственности Аристотелем был использован термин “этика”[1]. Как отрасль философского знания, этика призвана на теоретическом уровне изучать и решать вопросы морали и нравственности, возникающие перед человеком в его повседневной деятельности. Поскольку теоретическое знание имеет самое непосредственное отношение к практике, оно определенным, специфическим образом обосновывает практическую деятельность человека.

Практическая деятельность человека многогранна, но все же ее можно очень условно представить как совокупность его трудовой деятельности, служащей удовлетворению интересов всего общества, и обыденной деятельности, призванной удовлетворять потребности в основном самого человека. Четкую грань между этими двумя типами деятельности провести трудно, поскольку человек – это всегда член общества, и его интересы тесно связаны с интересами общества. Тем не менее трудовая и обыденная деятельность человека различаются по степени обобществления труда, специализации и кооперации, масштабам деятельности, ее социальной значимости и т.д.

Трудовая деятельность человека является наиболее типичным и всеобъемлющим примером практической деятельности, отличающимся от деятельности обыденной, в связи с чем можно говорить о том, что этическое учение, направленное на ее обоснование (с этических позиций) и регулирование, должно иметь определенную специфику. Но в то же время это этическое учение не должно противоречить постулатам и императивам общей этики, поскольку трудовая деятельность человека – это одна из составляющих совокупной деятельности человека. Значит, целесообразно говорить о феномене профессиональной этики как одной из фундаментальных теоретических основ любой профессиональной трудовой деятельности, представляющей собой науку (учение, теорию) о профессиональной морали, включающую в себя совокупность идеалов и ценностей, этических принципов и норм поведения, идей о должном, а также требований к качествам личности специалиста, отражающих сущность профессии и обеспечивающих те взаимоотношения между людьми, складывающиеся в процессе труда, которые вытекают из содержания их профессиональной деятельности. Поскольку этика и мораль не могут быть сведены ни только к человеческой логике, ни только к эмоциям как мотивам поведения и действий, профессиональная этика представляет собой нравственное самосознание профессиональной группы, ее психологию и идеологию.

Этика профессиональной деятельности (профессиональная этика), как раздел общей этики, изучающий профессиональную мораль специалистов, получила научное и общественное признание примерно с середины ХХ века, хотя, подобно большинству отраслей знания, спонтанно развивалась с глубокой древности в рамках философии, этики,  теологии и других научных дисциплин, а также социальной и профессиональной практики. Она не является полностью автономной и самостоятельной научной дисциплиной, поскольку органично включена в общие этические регулятор основы человеческой жизнедеятельности в качестве одного из подвидов, несущих в себе основные характерные признаки системы в целом, а ее основные нормы и принципы представляют собой конкретизацию для профессиональной деятельности требований принятой в обществе общей этической системы.

Таким образом, профессиональная этика систематизирует и конкретизирует требования общей, господствующей в обществе этической системы применительно к сфере профессиональной деятельности, а этическая система каждой отдельно взятой профессии, в свою очередь, конкретизирует требования профессиональной морали с учетом специфики каждой отдельной профессии (группы профессий, объединенных общей сферой деятельности). На этом основании общая этика, профессиональная этика и этика конкретного вида профессиональной деятельности (например, практической психологии, педагогики, юриспруденции, социальной работы и т.п.) соотносятся как общее, особенное и специфическое.

Исследования в области профессиональной этики активно проводятся  в нашей стране и за рубежом в основном с середины 60-х годов нашего века. В работах, посвященных исследованиям в этой области, подчеркивалось, что этика - одна из важнейших форм регламентации профессиональной деятельности, оказывающая существенное влияние на все структурные элементы деятельности и личность специалиста, в связи с чем признавались необходимыми изучение этических основ различных видов профессиональной деятельности, систематизация этических ценностей и норм и разработка на их основе профессионально-этических кодексов. Теоретические и методологические проблемы общей и профессиональной этики рассмотрены в работах отечественных философов Архангельского Л.М., Гусейнова А.А., Журавлева В.В., Чеботаревой Э.П., Целиковой О. П., Туманова С.В., Рувинского С.И., Гришина Э.А., Согомонова Ю.В., Уткина С.С., Титаренко А.И., Нестерова В.Г., Федоренко Е.Г., Беляковой Г.И. и других. Специалистами подчеркивается, что профессиональная этика, чтобы быть достаточно авторитетной и эффективной формой регламентации профессиональной деятельности, должна  отражать не только и не столько нормы и требования господствующей в обществе морали, сколько сущность и специфику конкретной профессии, способствуя выполнению ею основных задач, повышая результативность и качество деятельности. При выполнении этого условия  профессиональная этика приобретает значение и статус одной из фундаментальных основ профессиональной деятельности, наряду с теоретическими и технологическими базовыми научными дисциплинами и становясь, наряду с этим, значимой составной частью общественной морали.

Моральная регуляция не является исключительным, автономно функционирующим и самостоятельным видом регуляции профессиональной деятельности. Она, в силу своих особых свойств воздействовать на личность специалиста, дополняет и существенно усиливает все формы регуляции профессионального поведения и деятельности, воздействуя главным образом на их смысл, характер и качество путем сопоставления целей, содержания, условий, средств и результатов деятельности с понятиями о человеческом благе, добре и зле, справедливости и несправедливости, сущем и должном.

Спецификой этого вида нормативной регуляции является то, что она с этических позиций предъявляет специфические, детерминированные смыслом и содержанием деятельности, требования не только к деятельности, отношениям и поведению, но и к личности специалиста. Профессиональная этика, как и этика вообще, не разрабатывается, а вырабатывается постепенно в процессе повседневной совместной деятельности людей, систематизируя накопленный в процессе исторической практики опыт, характерный для данного вида деятельности, изучая, обобщая и модернизируя его в процессе совершенствования общественных и производственных отношений. Поэтому профессиональная этика может рассматриваться как разновидность, модификация общей этики, несущая в себе специфические черты, обусловленные видом и типом деятельности, т.е. является прикладной научной дисциплиной, изучающей профессиональную мораль вообще и мораль конкретных видов и типов профессиональной деятельности. Вместе с тем она может рассматриваться как прикладная теория нравственности, бытующей в профессиональной среде.

 В практике повседневной профессиональной деятельности профессиональная этика чаще всего предстает как совокупность профессионально значимых ценностей, идеалов, принципов, норм, правил поведения специалистов, требований к его личности[2]. Компоненты этой совокупности взаимозависимы и взаимообусловлены, функционально связаны друг с другом; их совокупность приобретает новые свойства, отличные от свойств каждого из отдельно взятых элементов и не существовавшие у каждого из них в отдельности. Они обладают способностью выбывать из системы вследствие невостребованности и т.д., т.е. профессиональная этика обладает всеми свойствами системы. Поэтому совокупность элементов профессиональной этики можно рассматривать как систему элементов профессиональной этики (профессионально-этическую систему). Структурные элементы профессионально-этической системы подвержены изменениям под воздействием как внешних, так и внутренних по отношению к профессии факторов. Они непосредственно, в каждый момент времени влияют на поведение специалистов, побуждая их действовать определенным образом. Основной задачей профессиональной этики является воздействие на сознание специалиста с целью совершенствования его как личности и профессионала и содействие наиболее полному и эффективному решению задач, стоящих перед профессией. В целом же профессиональная этика является приложением, специализацией общей, теоретической этики к определенным видам профессиональной деятельности.

Профессионально-этическая система каждого вида профессиональной деятельности является относительно самостоятельной компонентой как моральной системы общества, так и системы самой профессиональной деятельности, каждого ее вида. Ее относительная самостоятельность проявляется в том, что:

ее свойства как системы не сводятся к сумме свойств ее отдельных элементов, а обладают интегральностью;

она обладает способностью придавать новые свойства составляющим ее элементам, включать в себя новые, видоизменять и исключать имеющиеся элементы;

обладая структурной целостностью, она выступает в качестве подсистемы других систем - системы профессиональной деятельности и системы общественной морали;

она закономерно связана с изменениями в социальной среде и профессиональной деятельности, однако отражает их лишь в той мере, в какой это не вступает в противоречие с ее собственными этическими ценностями.

Объектом изучения профессиональной этики является профессиональная мораль специалистов, а ее предметом - возникающие в процессе работы моральное сознание, моральные действия и моральные отношения специалистов между собой, с клиентами и их окружением и с обществом в целом, а также их моральный опыт, складывающийся в процессе профессиональной практики.

Важнейшей целью профессиональной этики, наряду с изучением особенностей бытия и развития профессиональной морали, является обеспечение и поддержание социально одобряемого смысла, сущности и содержания профессиональной деятельности а задачей - нормативная регламентация отношений, поведения и действий отдельных представителей профессиональной группы и их объединений, воздействие на сознание специалистов.

Основными категориями профессиональной этики являются: профессиональная мораль,  профессиональные моральные отношения, моральное сознание, моральные действия, профессиональный долг и ответственность специалистов.

Мораль (от лат. mos – мораль, moralis – моральный,) членов профессиональной группы, являясь формой их коллективного ценностного сознания, характеризует способы их поведения в формальных и неформальных ситуациях и является отражением моральных отношений в обществе и профессиональной группе. Основная функция профессиональной морали – согласование действий членов профессиональной группы на основе законов и закономерностей функционирования и развития как общества в целом, так и конкретного вида профессиональной деятельности.

Этика вообще и профессиональная этика в частности основывается на моральных нормах (лат. norma -  правило, образец: одна из наиболее простых форм нравственного требования, выступающая как элемент моральных отношений и форма морального сознания[3]), принимаемых профессиональным сообществом в качестве одного из важнейших регуляторов, детерминирующих совместную деятельность и существование, и на тех профессиональных ценностях, которые составляют сущность профессиональной деятельности и ее смысл. Применение этического подхода к анализу, обоснованию и регулированию профессиональной деятельности демонстрирует стремление ученых и практиков вернуть этическим нормам то императивное значение, которого они заслуживают, и повысить индивидуальную и коллективную ответственность специалистов за этичность своих действий, повысить значимость и актуальность ценностного содержания профессиональной деятельности для каждого специалиста, всей системы профессиональной трудовой деятельности и общества в целом.

Профессиональная мораль - не конечный продукт, а одна из неотъемлемых составляющих повседневной профессиональной деятельности. Она и соответствующее этическое учение функционируют наряду с теоретическим обоснованием необходимости действий с точки зрения конечного результата, законодательно предусмотренной возможностью действовать, определением наиболее эффективного с точки зрения технологии пути решения проблемы, его экономическим обеспечением и организацией выполнения принятого решения. Глубокое знание норм и принципов профессиональной этики, неукоснительное, творческое применение их в повседневной деятельности помогает специалисту осуществлять сотрудничество с клиентами, их близкими, коллегами, представителями общественных, государственных и негосударственных организаций и учреждений, участвующих в процессе деятельности, на основе общности интересов и единства ценностных ориентаций его участников.

Профессиональная этика не является каким-либо исключительным, противоречащим другим механизмам, регулятором поведения специалистов. Ее нормы и принципы служат тем же целям, что и требования нормативно-правовой базы или технологического процесса. Напротив, профессиональная этика требует от специалистов и их коллективов служения интересам общества и профессии, клиентов и их групп, и значит, неукоснительного соблюдения действующего законодательства и технологического процесса. Профессиональная этика требует от специалиста поиска резервов, использования всех возможных видов ресурсов - от социальных до личных ресурсов самого специалиста и его клиента - в социально и профессионально одобряемых целях, а не в узкокорпоративных или личных корыстных интересах.

Основные виды и типы моральных отношений, возникающие в процессе профессиональной деятельности как совокупность зависимостей и связей между участниками процесса деятельности, с точки зрения содержания заключаются в достижении общественного и личного блага путем трансформирования системы “человек-среда”. Действительно, в чем бы конкретно ни заключалась проблема человека, его взаимодействие со средой (социальной, природной и т.п.) нарушается, а значит, нуждается в коррекции, оптимизации. Воздействие производится на человека, если это необходимо, или на среду его жизнеобитания, если изменения в человеке невозможны или нецелесообразны, или на оба компонента этой системы. Каждая профессия рассматривает саму систему «человек-среда» специфически, с учетом особенностей самой себя, но в самом общем виде деятельность специалистов заключается в оптимизации именно этой системы.

Моральные отношения возникают между специалистами внутри коллектива, между специалистами и их клиентами, между специалистами и социальным окружением клиентов, между специалистами и различного рода учреждениями, организациями, частными лицами, с которыми их связывает необходимость взаимодействия с целью оказания разнообразной помощи клиентам в рамках профессиональной деятельности. Наконец, это отношения, возникающие между институтом данной профессиональной деятельности как одной из государственных структур и обществом и государством. В сфере профессиональной деятельности моральные отношения определяют в значительной степени те профессиональные обязанности, которые возложены на специалистов по роду их деятельности. Эти моральные отношения и характеризуют содержание профессиональной морали.

Моральные отношения как правило существуют в форме требований, предъявляемых субъектами отношений друг к другу в части выполнения профессиональных обязанностей и долга; этических принципов, лежащих в основе деятельности в качестве важнейших, основных руководящих правил деятельности, которым подчиняется вся деятельность;  моральных качеств, которыми должны обладать и постоянно развивать субъекты деятельности в себе и транслировать их на клиентов и общество в целом, и постоянного самоконтроля и взаимного контроля специалистов в процессе их деятельности. В своей практической деятельности специалисты нуждаются не только в нравственных ориентирах, определяющих общее, основное направление их деятельности, но и в правилах повседневной деятельности, без соблюдения которых невозможно реализовать моральные нормы и принципы, стремиться к достижению профессиональных идеалов. Поэтому в этических нормах отражаются основные требования и критерии оценки поведения и действий специалиста, которые, при всем их разнообразии, продиктованы специфическими условиями и содержанием труда, связанными с целями, содержанием деятельности, ее методами, положением самой деятельности и членов профессиональной группы в обществе, социальными отношениями в обществе на данном этапе его развития.

Моральное сознание специалиста представляет собой отражение его социального и профессионального бытия и деятельности, возникающих в их процессе отношений. Это сознание является субъективным отражением морали, поскольку объективная социальная необходимость и общественные потребности отражаются в сознании специалиста как идеи о должном поведении и действиях, о профессиональном долге. Эта особая форма осознания специалистом социальной и профессиональной необходимости получает специфическое нравственное обоснование: поведение и деятельность рассматриваются уже не только с точки зрения их необходимости и практической пользы, а с точки зрения их моральной ценности. Высшим мерилом ценности поступка является благо, которое он представляет для общества и клиентов, а значит, с точки зрения нравственности, и для самого специалиста, для всей профессиональной группы и профессиональной деятельности. В силу этого профессиональная деятельность конкретным специалистом осуществляется не только вследствие того, что она необходима обществу или клиентам, но и вследствие того, что она необходима самому специалисту, т.к. предоставляет ему возможность принести пользу, достичь блага для наиболее нуждающихся в нем и тем самым реализовать свои собственные нравственные установки и ценностные ориентации. Моральное сознание как специалиста, так и совокупной профессиональной группы представляет собой довольно сложное образование, поскольку в его формировании участвуют различные факторы: и сущность и содержание деятельности, и совокупное общественное сознание, и совокупное сознание социальной группы, к которой принадлежит специалист и т.д. Поэтому моральное сознание порой оказывается весьма противоречивым.

Моральные действия. Любой вид профессиональной деятельности характеризуется определенными постоянно наличествующими структурными элементами, которые могут быть рассмотрены и оценены с позиций морали и нравственности. Специалист действует в ценностно-ориентированном мире, где каждое действие, цель, мотив, средство достижения цели или даже намерение может получить оценку с точки зрения соответствия моральным нормам, т.е. с точки зрения соответствия понятиям общества или микросоциума о добре и зле.

Например, с точки зрения профессиональной этики могут быть оценены действия специалиста в области социальной работы. Если рассматривать социальную работу с точки зрения ее содержания, то процесс деятельности может быть охарактеризован как совокупность действий специалиста, направленных на оказание помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию с целью преодоления этой ситуации и возвращения к нормальному социальному функционированию. И какие бы цели не ставил перед собой специалист, содержание его профессиональной деятельности внешне останется неизменным. Но сами цели могут быть разными: это может быть искренне сочувствие человеку и желание помочь ему в беде, но может быть и желание впоследствии получить от этого человека какое-то значимое воздаяние, или сделать себе соответствующую рекламу, или что-либо еще, связанное с удовлетворением в первую очередь личных потребностей. Если в первом случае специалист заслужит одобрение и общества, и профессиональной группы, то в других это будет скорее порицание. Аналогичным образом будет вызывать уважение врач, занимающийся врачебной практикой потому, что желает помочь своим пациентам сохранить или восстановить здоровье; врач, избравший медицину как средство личного обогащения за счет людей, находящихся зачастую в критической ситуации, вряд ли будет пользоваться уважением и любовью своих пациентов. Человек, пришедший в определенную сферу профессиональной деятельности только потому, что рассчитывает за счет нелегитимных мер добиться собственного экономического благополучия, вряд ли будет пользоваться уважением как коллег, так и клиентов.

Моральная компонента всех элементов профессиональных действий и деятельности в целом позволяет не только оценивать каждый из этих элементов в отдельности, но и оценить их взаимное соответствие. Так, например, одним из наиболее древних и в то же время актуальных («вечнозелёных») вопросов философской этики является вопрос о соответствии цели и средств; оправдывает ли благородная цель применение любых, в том числе заведомо «неблагородных» средств? Чаще всего очередное решение заключает в себе категоричный приговор: средства должны в этическом плане соответствовать цели; применение неэтичных средств может скомпроментировать самую благородную цель и свести достижения на нет. Цель далеко не всегда оправдывает средства, победителей судят, в том числе и за это. Однако вновь и вновь люди пытаются оправдать не столько применяемые для достижения цели средства, сколько самих себя за моральный либерализм, вседозволенность и слабость.

Профессиональная этика и мораль в значительной степени определяют содержание профессионального этикета, представляющего собой совокупность правил профессионального поведения, касающихся внешнего проявления отношения к людям (обхождение с окружающими специалиста клиентами, коллегами, представителями различных органов и учреждений и т.п., формы обхождения и приветствия, поведение на работе и в иных общественных местах, манеры и одежда)[4]. Современный этикет предполагает, что поведение человека, его манеры, жесты, мимика и т.д. призваны не скрывать, как это было ранее, но напротив, раскрывать отношение специалиста к людям. Вместе с тем в профессиональной деятельности могут иметь место ситуации, когда специалист не должен будет демонстрировать свое истинное отношение к клиенту и его обстоятельствам. Например, если врач будет разговаривать с терминальным больным, и его лицо будет выражать отчаяние по поводу безнадежного состояния больного, вряд ли это пойдет тому на пользу. Далеко не всегда целесообразно следователю демонстрировать своим поведением, что он имеет определенные подозрения в отношении свидетеля. Аналогичные примеры можно привести и из других профессиональных областей. В целом можно сказать, что порой специфика профессиональной деятельности и интересы дела (которые не следует путать с личными интересами специалиста) требуют умения скрывать свои мысли.

Современный этикет, как правило, не требует от специалиста сверхсложных проявлений. Если специалист руководствуется своим пониманием смысла и сущности профессиональной деятельности и основными принципами этикета[5], его поведение будет нормативным.

Профессиональный долг специалиста представляет собой выступающее в качестве внутреннего переживания принуждение поступать в соответствии с требованиями, исходящими из этических ценностей, и строить свое бытие в соответствии с этими требованиями[6]. Долг представляет собой механизм, включающий моральное сознание личности непосредственно в процесс выбора поступков, а также ориентирующий человека на достижение социально и индивидуально значимых результатов. Должная регуляция может иметь место не всегда, а тогда лишь, когда человек находится в состоянии выбора между различными вариантами поведения, действий, отношений, поступков. В требованиях долга находят отражение интересы той или иной группы или личности. Осознание и переживание этих интересов, выделение их них общих с личными интересами специалиста как представителя профессии приводит к возникновению и сознанию чувства профессионального долга. По сути дела сознание и чувство долга есть констатация зависимости специалиста от общества, профессиональной группы, поскольку содержание профессионального долга носит, как правило, внешний по отношению к личности характер. Поэтому долг выступает как форма регуляции поведения специалиста со стороны общества или профессиональной группы, форма и основание  моральной оценки его поведения и деятельности. Это, однако, не исключает того обстоятельства, что должное поведение для личности может стать привычным, полностью соответствовать ее ценностной системе, склонностям, установкам и т.п.

Долг содержит в себе самопринуждение, поскольку объективен, проистекает из законов морали и не  всегда совпадает с собственными установками личности и ее склонностями. Должное поведение, т.е. поведение в соответствии с деонтологическими[7] принципами, имеет место, когда личность, сопоставив собственные субъективные потребности с объективной необходимостью, делает выбор в пользу последних и реализует свою активность для выполнения долга. Отсюда следует, что, базируясь на внешней по отношению к личности, объективной необходимости, должное поведение в конечном итоге детерминируется внутриличностными причинами. Иначе говоря, долг содержит в себе диалектическое единство объективной необходимости и субъективной активности человека. Самопринуждение как механизм реализации должного поведения не означает, однако, что должное поведение всегда сопровождается исключительно негативными эмоциями или иными негативными состояниями личности. Выполнение долга может стать одним из источников удовольствия («чувство выполненного долга», удовлетворенность), с точки зрения результата выступающего как фактическая полезность процесса самопожертвования.

Ответственность специалиста перед кем-либо (в том числе и перед собой) за результаты его профессиональной деятельности формируется в процессе самой деятельности в результате присвоения ею социальных, профессиональных и групповых ценностей. Ответственность выражает соответствие моральной деятельности личности ее долгу с точки зрения ее возможностей. Она проявляется в осуществлении формального и неформального контроля за ходом деятельности, состоянием процесса или явления с целью обеспечения своевременного корригирующего вмешательства. Внешний, формальный контроль специалиста за ходом процесса деятельности направлен в основном на соблюдение необходимых параметров процесса, тогда как внутренний, неформальный заключается в основном в саморегуляции его деятельности в соответствии с чувством долга. Идентификация специалистом себя как активного субъекта деятельности приводит к возникновению субъективного чувства решающей зависимости конечного результата деятельности от его индивидуальной активности, что побуждает изыскивать дополнительные средства, создавать условия для достижения намеченной цели.

Каждая существующая и существовавшая ранее в обществе профессия в той или иной мере востребованы обществом, нуждающемся в определенном продукте, что предполагает развитие целенаправленной профессиональной деятельности, выполняющей определенный социальный заказ общества и в соответствии с этим выполняющей определенные функции. Основой профессионально-этической системы любого вида профессиональной деятельности, наряду с сущностью, смыслом и содержанием профессиональной деятельности, являются общие для представителей всех профессий требования профессиональной морали, выраженные в ее социальных функциях. Соответственно, профессиональная деятельность человека в жизненно важных сферах, прямо влияющих на судьбы общества, требует особых, конкретизированных систем этических норм и принципов, отвечающих содержанию профессиональной деятельности и производственных отношений, возникающих между людьми в ее процессе и отвечающих требованиям и ожиданиям социума в части выполнения социального заказа.

Вместе с тем, каждый вид профессиональной деятельности существенно отличается от других, что требует еще большей конкретизации этических систем, учета специфики конкретного вида деятельности. В связи с этим для каждого специфического вида профессиональной деятельности приобретает огромное значение выполнение тех частных требований морали, которые учитывают специфику конкретной профессиональной деятельности как особого вида социальной профессиональной деятельности. Эти требования в той или иной форме находят отражение в общественной морали, но носят обезличенный, усредненный характер, что является целесообразным, поскольку общественная мораль носит преимущественно “рамочный характер”, определяя лишь основные направления поведения, деятельности и отношений личности или группы в обществе, выраженные в наиболее общих нормах и принципах, требованиях к личности и пригодные для применения в любых жизненных ситуациях. В силу этого нормы, принципы, требования и т.п. элементы профессиональной этики не противоречат аналогичным элементам общественной морали.

Таким образом в качестве основных факторов, детерминирующих содержание профессиональной этики, могут быть выделены следующие:

конкретно-исторический тип общества и присущие ему уровень развития общественных отношений, человеческого сознания, способы производства и распределения;

господствующая в обществе система морально-нравственных отношений, идеалов и ценностей;

особенности профессионально-трудовой деятельности человека на конкретном этапе социального развития;

специфика деятельности, предъявляющей определенные требования к поведению и действиям, отношениям и личностно-нравственному облику специалистов.

Любая этическая система, в том числе профессиональная, не может быть жизнеспособной, если она не учитывает определенных факторов. Эти факторы могут быть как внешними по отношению к профессионально-этической системе (например, социокультурные условия), так и внутренними (законы развития самой системы). Например, моральные ориентиры общества могут определять не только наличие профессий и направлений деятельности, но также и их содержание; а они, в свою очередь, определяются национальным менталитетом, обычаями и традициями, наличными условиями бытия. Специфика профессиональной деятельности, ее смысл и сущность, ее содержание также требуют вполне конкретной этической регламентации. Профессия в известном смысле – это люди, конкретные носители профессиональных знаний и навыков, рализаторы профессиональных действий, а значит, они привносят элементы собственных моральных систем в профессиональную этику. Наконец, в современном мире «замкнутое» в национальных границах существование профессиональной группы невозможно, а значит, имеет место взаимовлияние профессионально-этических систем одинаковых или близких видов деятельности  друг на друга в разных странах.

Наиболее значимые элементы профессионально-этической системы могут быть сведены в профессионально-этический кодекс.

ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЙ КОДЕКС (от латинского codex - книга) – это свод профессионально-этических норм, предписываемых к исполнению специалистами данного вида профессиональной деятельности и принятый в установленном порядке их официальным профессиональным объединением[8].

Профессионально-этический кодекс является отражением профессионально-этической системы, поскольку включает в себя хотя и не все, но все же наиболее важные ее компоненты. Но вместе с тем он не тождественен самой профессионально-этической системе, т.к. существенно беднее ее и, кроме того, представляет основные компоненты профессионально-этической системы в императивной форме, не давая им объяснений и обоснований, не показывая хода рассуждений и т.п.. Таким образом, различия профессиональной этики, профессионально-этической системы и профессионально-этического кодекса имеют место. Но вместе с тем они не всегда в должной мере отражаются и в сознании, и в специальной литературе.

В настоящее время профессиональная этика иногда определяется как “кодексы поведения, обеспечивающие нравственный характер тех взаимоотношений между людьми, которые вытекают из их профессиональной деятельности”[9], а сам этический кодекс трактуется как “свод нравственных норм, предписываемых к исполнению”[10]. Такое определение профессиональной этики представляется не вполне корректным, поскольку отсутствие кодекса (наличие которого предполагает предварительную работу по изучению, анализу, систематизации профессиональных этических норм, а затем легитимизацию этого свода) не означает отсутствия самих норм и даже целостных этических систем, сложившихся в данной сфере профессиональной деятельности. Исходя из определения, предложенного в “Словаре по этике”, можно сделать заключение, что этическая система профессиональной деятельности и этический кодекс профессиональной группы представляют собой одно и то же. Такое заключение представляется не вполне верным по следующим соображениям:

Определение, предложенное в “Словаре”, фактически ставит знак тождества между этической системой и формализованным изложением сущности этой системы. Это представляется неверным, поскольку они не идентичны. Нельзя, например, считать, что философия и учебник по философии - одно и то же, так как философия - это наука, в то время как учебник по философии является печатным изданием, включающим в себя изложение основных положений науки. Таким же образом этика профессиональной деятельности представляет собой теорию профессиональной морали специалистов, профессионально-этическая система – это система элементов, входящих в профессионально-этическое учение, тогда как профессионально- этический кодекс является схематичным изложением данной теории в ее прикладном варианте и включает в себя лишь основные (хотя и не всегда) элементы профессионально-этической системы.

Данное определение априорно предполагает, что кодекс составлен с учетом всех этических норм и правил, сложившихся и реально функционирующих в профессиональной деятельности, на основе глубокого их понимания и осмысления. По сути дела, данное определение констатирует ничем не подтвержденный факт, что профессионально-этический кодекс является идеальным, точным и полным отображением  реально существующей профессионально-этической системы. Это, безусловно, возможно, но далеко не во всех случаях бывает именно так. В первую очередь, следует иметь в виду, что в кодексе представлены, как уже говорилось, не все элементы профессионально-этической системы, а основные, или, правильнее сказать, те, что представляются основными его разработчикам. Кроме того, нередки случаи, когда в профессионально-этический кодекс вносятся элементы явно не этические по сути. Корректнее было бы предположить, что профессионально-этический кодекс является более или менее удачным отображением профессионально-этической системы, но все же не идеальной его копией.

Профессионально-этический кодекс представляет собой сведенные воедино и в установленном порядке легитимизированные профессиональной группой и обществом этические нормы и принципы деятельности, а также требования к профессионально-значимым качествам личности специалиста, складывавшиеся спонтанно на протяжении достаточно длительного периода времени и затем осмысленные и обоснованные. Исходя из предложенного “Словарем” определения, можно заключить, что если нет кодекса, то нет и профессионально-этической системы, что представляется по меньшей мере спорным. Потребность в кодификации профессионально-этической системы, как правило, возникает именно тогда, когда ценности и идеалы, этические нормы и принципы, представления о долге и профессионально значимых качествах личности специалиста уже в основном сформированы эмпирически и стали довольно целостной системой, хотя не обязательно осознаваемой в качестве таковой, т.е. на позднейших этапах ее формирования.

Определение, предложенное в “Словаре по этике” и трактующее профессиональную этику как этический кодекс, дает основания предполагать, что этическая система может быть придумана и впоследствии записана, т.е. является искусственно разработанной и, соответственно, имеющей авторов, поскольку этический кодекс - это документ, который при желании действительно может быть разработан (сочинен, как и любое произведение популярного или специального содержания). Этот вывод противоречит общеизвестному факту, что этические системы не разрабатываются, а складываются постепенно в результате длительного эмпирического апробирования разнообразных видов поведенческих реакций, их целесообразного отбора и лишь впоследствии, на поздних этапах своего существования и функционирования могут оформляться в виде кодекса, что вовсе не является обязательным. Профессионально-этический кодекс, как отражение реально существующей профессионально-этической системы, безусловно может иметь авторов, разработчиков, предпринявших попытку осмысления и систематизации, организационного и правового оформления реальной профессионально-этической системы, ее популяризации среди представителей профессиональной группы. Но было бы нелепо думать, что какие-либо реально функционирующие ценности, нормы, правила, требования профессиональной практики могут иметь конкретного автора;

Этика профессиональной деятельности, являясь теорией профессиональной морали, неизбежно включает в себя не только констатацию неких (как правило, почти аксиоматичных, перешедших из философской этики) положений и императивов, но и их обоснование, доказательство, изучение источников и корней, исследование внутренних и внешних связей и зависимостей, выявление тенденций развития, что в известной мере дает основания рассматривать ее как учение, науку, теорию, представляющую собой подраздел философской этики. Образно говоря, этика, как и любая наука, представляет собой путь, который необходимо пройти от определенной исходной точки, чтобы прийти к некоторому логичному итогу. Кодекс же, в отличие от этики, не может и не должен включать в себя всю логическую цепочку рассуждений, все условия, причины и следствия. Он опирается на достижения этической научной мысли, используя ее результаты и преподнося их пользователю, как правило, в императивной, но доступной для усвоения и реализации форме;

Профессионально-этический кодекс обладает так называемыми качествами абсолютной завершенности вследствие того, что после этапов подготовки проекта кодекса и его обсуждения, он легитимизируется – принимается, утверждается - и становится документом, содержащим обязательные для выполнения всеми членами профессиональной группы нормы и правила. Он не подвержен каким бы то ни было изменениям на определенный период времени, до того, как подвергнется официальному пересмотру в соответствии с официально установленной процедурой. Можно быть им недовольным; можно искать и находить в нем несовершенства и даже ошибки, но тем не менее, в нем нельзя самовольно изменить ни одной буквы до тех пор, пока профессиональное сообщество не примет решения о его пересмотре. В таком завершенном  виде кодекс может существовать сколь угодно долго: сроки его «жизни» определяются либо им самим, если есть соответствующие указания в кодексе о процедурах и сроках отмены, пересмотра, внесения изменений и т.п., или потребностями всего профессионального сообщества. Этическая система, как и этическое учение, напротив, является открытой, саморазвивающейся системой, содержащей в самой себе потенциал развития и гибко реагирующей на изменения среды, в которой функционирует. Не существует никаких официальных рамок, сдерживающих или хотя бы регулирующих темпы и направление ее  развития.

Таким образом, для определения профессиональной этики и соответствующей ей профессионально-этической системы целесообразнее пользоваться другими формулировками, не сводящими ее к профессионально-этическому кодексу, а представляющими ее как один из разделов философского учения о морали. Е.Г. Федоренко предлагает определение профессиональной этики и морали, в котором профессиональная этика выступает как наука, изучающая бытие профессиональной морали, ее специфику, условия формирования, закономерностей развития в конкретных исторических формациях, а профессиональная мораль представляет собой конкретизацию общих нравственных принципов и норм применительно к особенностям того или иного вида профессиональной деятельности[11] и, соответственно, является формой коллективного сознания совокупной профессиональной группы. Такое определение профессиональной этики и морали представляется более корректным, нежели приведенное в “Словаре по этике”[12] и рассматривающее профессиональную этику в качестве профессионально-этического кодекса, но не раскрывающего при этом специфики профессиональной этики как раздела общей философской этики.

Из вышесказанного видно, что основой профессионально-этического кодекса является профессионально-этическая система, обоснованная в профессионально-этическом учении (теории). Полноценно развиваться профессионально-этический кодекс может лишь на основе профессионально-этического учения (теории) и с учетом соответствующей профессионально-этической системы. Профессионально-этический кодекс вторичен по отношению к профессиональной этике и профессионально-этической системе в том смысле, что он основывается на них, а не наоборот. Поэтому при разработке профессионально-этического кодекса следует учитывать теоретические положения профессиональной этики и элементы ее системы.

2. ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЙ КОДЕКС:

СУЩНОСТЬ, ЦЕЛИ, ЗАДАЧИ

 

Профессиональная этика как отрасль научного знания и учебная дисциплина достаточно успешно развивается не первое десятилетие. Благодаря многочисленным научным исследованиям в области философской и профессиональной этики и морали эта отрасль знания в значительной степени исследована. Изданы учебники, учебные пособия и другая учебно-научная литература по проблемам этико-ценностного регулирования деятельности специалистов различных отраслей. При желании любой специалист может начать самостоятельное изучение профессиональной этики, обратившись к этим изданиям. Проблемы профессионально-этической кодификации профессиональной деятельности, следовательно, на основе привлечения результатов проведенных научных исследований могут быть успешно разрешены.

Само появление этических кодексов в различных видах профессиональной деятельности означает стремление специалистов принимать решения и действовать, исходя из принятых ими этических ценностей и норм. Так, например, разработка и принятие этического кодекса и его последующий пересмотр американскими социальными работниками явились важным условием соблюдения членами этой профессиональной группы этических норм в их повседневной практической деятельности, возможность оценки и контроля этичности действий специалистов с точки зрения принятых их национальной ассоциацией этических императивов.  Недостаточно и далеко не всегда оправдывает себя, как уже говорилось ранее,  опора на общественную мораль, поскольку в отдельные периоды развития общества, особенно в периоды его нестабильности и перехода от одного состояния к другому[13], она может быть неприемлема как вообще, так и особенно в таких видах профессиональной деятельности, как, например, медицина, социальная работа, педагогика.

Таким образом, очевидно, что некоторые виды профессиональной деятельности требуют от специалистов более высокого, нежели в других сферах уровня этической компетентности и более высокого с точки зрения этики качества деятельности. Но принятие и главное – реализация - такого решения, как повышение компетентности путем самостоятельного изучения специальной этико-аксиологической литературы по профессии может оказаться неэффективным в целом ряде случаев. Например, трудно предположить, что каждый специалист-практик, пришедший в конкретную профессиональную деятельность из любой иной сферы профессиональной деятельности, даже ощущая потребность в повышении этико-аксиологической компетентности, возьмет в руки соответствующий учебник и самостоятельно возьмется за изучение профессионально-этических основ своей новой деятельности. К сожалению, далеко не каждый член профессиональной группы занимается самообразованием, хотя с точки зрения нужд профессии и потребностей общества необходимость этого очевидна. Не все учебные пособия по профессиональной этике можно рекомендовать для изучения вообще и для самостоятельной проработки в частности; значительная их часть требует определенного учебно-научного уровня компетентности и подготовленности. Не следует закрывать глаза и на то обстоятельство, что абсолютно в каждой профессиональной сфере заняты специалисты с разным уровнем образования, как общего, так и профессионального. Кто-то из них закончил учебное заведение так давно, что почти полностью утратил навыки самостоятельной учебы. И, кроме того, профессиональная этика – это относительно самостоятельная область научного философского знания; знания профессиональных технологических аспектов может оказаться недостаточным, чтобы считать себя подготовленным для самостоятельных изысканий в области профессиональной этики. А в любой отрасли имеются достаточно сложные и тонкие профессионально-этические проблемы, изучать которые целесообразно под руководством специалиста в области профессиональной этики. Системой профессионального образования охвачены, к сожалению, далеко не все работники. Неудивительно будет, если самостоятельное изучение философской дисциплины окажется под силу не каждому члену профессиональной группы.

Поэтому, если признано, что этическая регламентация деятельности членов профессиональной группы необходима, следует обратиться к профессионально-этическому кодексу, разрабатываемому на основе профессионально-этического учения. Для обеспечения в рамках профессионально-этической системы оптимального поведения, отношений и деятельности специалистов необходима определенная схематизация, упрощение этико-аксиологического учения, делающая его более доступным для самостоятельного изучения и понимания и удобная в применении. Таким схематичным, упрощенным, удобным отображением профессионально-этической системы может являться профессионально-этический кодекс[14].

Сущность профессионально-этического кодекса заключается в том, что он является упрощенным отражением профессионально-этической системы, поскольку включает в себя наиболее важные ее компоненты в адаптированном к нуждам профессиональной практики виде. Но вместе с тем он не тождественен самой профессионально-этической системе, т.к. существенно беднее ее. Тем не менее в практической профессиональной деятельности профессионально-этические кодексы имеют не меньшую значимость, чем само профессионально-этическое учение и соответствующая ей профессионально-этическая система, поскольку в основном именно они используется специалистами-практиками в их непосредственной деятельности.

Объектом профессионально-этического кодекса является индивидуальное и коллективное моральное сознание представителей профессиональной группы, а его предметом – моральные знания, умения и главное – практические навыки  специалистов, реализуемые в их повседневной профессиональной деятельности.

Основной целью профессионально-этического кодекса является содействие воплощению идеалов гуманизма и нравственности в профессиональной деятельности и обществе в целом посредством опредмечивания в поведении, отношениях и действиях специалистов сущности профессионально-этической системы. Его основная задача - обеспечение постоянной регуляции, оценки и контроля поведения, отношений и действий представителей профессиональной группы, что особенно важно в случаях, когда деятельность специалиста по большей части невозможно контролировать иными, внешними методами.

Сущность профессионально-этического кодекса раскрывается через функции, которые он выполняет. Этих функций множество, но все они так или иначе направлены на то, чтобы цель профессионально-этического регулирования была достигнута и в результате профессиональных действий был получен тот результат, который планировался на начальном этапе. Более того, профессионально-этическое регулирование охватывает и процесс целеполагания, т.е. распространяется не только на процесс достижения конечного результата (процесс деятельности), не только позволяет выбрать и сформировать этически корректные средства, условия деятельности, и т.п., адекватные поставленной цели, но и воздействует на процесс формирования самой цели, которая затем будет воплощена в конечном результате. Таким образом, благодаря выполнению своих функций, профессионально-этический кодекс способствует сохранению и укреплению смысла профессиональной деятельности.

Независимо от конкретного вида профессиональной деятельности, все профессионально-этические кодексы выполняют следующие основные  функции:

адаптация идей профессионально-этического учения и элементов соответствующей профессионально-этической системы к нуждам профессиональной практики;

обеспечение адекватных социальным функциям профессии ценностных ориентаций, профессионально-этической регламентации поведения, отношений и действий специалистов;

 содействие формированию единой и целостной этико-аксиологической основы профессиональной деятельности;

унификация и обеспечение однонаправленности профессиональной деятельности специалистов на основе единой системы ценностей и предъявляемых к ним единых профессионально-этических требований;

систематизация базовых этико-аксиологических критериев для определения профессиональной пригодности специалистов и оценки их деятельности;

 обеспечение возможности осуществления профессионального отбора на основе оценки личностных качеств кандидатов в профессиональную группу и абитуриентов для обучения в системе профессионального образования;

 содействие разрешению этико-аксиологических конфликтов, возникающих в теории и практике профессиональной деятельности;

 содействие обеспечению нормативного поведения, отношений и действий специалистов, их коллективов и всей совокупной профессиональной группы в рамках существующей профессионально-этической системы;

 обеспечение гарантий осуществления прав клиентов (потребителей конечного продукта деятельности);

 обеспечение возможности осуществления взаимозаменяемости специалистов, преемственности и последовательности их действий (как отдельных специалистов, так и целых коллективов);

обеспечение определенной свободы действий для решения поставленных задач в рамках профессионально-этической системы;

 содействие совершенствованию и развитию личности, повышению уровня моральности специалистов, их клиентов, всего общества;

 содействие повышению морального авторитета профессиональной деятельности в обществе;

 обеспечение гарантий этической чистоты профессии как таковой.

Любая совокупная или локальная профессиональная группа представляет собой общность специалистов разного уровня, работающих в различных направлениях, выполняющих разнообразные практические функции. Профессиональная группа – это общность, формирующаяся на принципах специализации, кооперации и интеграции. Безусловно, профессиональную деятельность осуществляют люди, и в этом смысле профессия отчасти становится одним из продуктов деятельности специалистов – членов профессиональной группы. С этой точки зрения профессиональная группа представляет собой важнейший специфический совокупный субъект деятельности. Но верно и обратное: каждая профессия через ее смысл, сущность и содержание оказывает влияние на специалистов, предъявляя к ним определенные требования и обусловливая такое поведение, действия и отношения специалистов в процессе профессиональной деятельности, которые в наибольшей степени соответствуют представлениям о профессиональном долге. Таким образом, профессиональная группа одновременно является  и объектом профессиональной деятельности.

Вследствие интеграции специалистов как субъектов и объектов профессиональной деятельности возможным становится рассматривать их как совокупную целостность, характеризующуюся присущими ей некоторыми вполне определенными стереотипами профессионального мышления, поведения и действий, системой внутренних и внешних функциональных связей, лексическими особенностями, профессиональными и социальными ролями, местом в общественной структуре и общественном сознании. Важно при этом, чтобы члены профессиональной группы в действительности, а не только в декларациях, ощущали себя не одиночками, а членами профессиональной корпорации, и в соответствии с этим развивали в себе чувство солидарной ответственности за все, что происходит в их профессии, коллективе.

При этом не менее важно, чтобы представители профессиональной группы ощущали себя таковыми не только внутри собственной профессиональной группы или конкретного трудового коллектива, но и в обществе в целом. Как бы ни была многочисленна профессиональная группа, она тем не менее представляет собой лишь незначительную часть общества. Поэтому правомерно предположить, что контакты (профессиональные и бытовые) с людьми, не принадлежащими к данной профессиональной группе, у каждого представителя этой профессиональной группы гораздо более многочисленны, нежели контакты с коллегами. Иначе говоря, в коммуникативном смысле профессиональная деятельность имеет более значительное (по крайней мере, количественно) внешнее измерение, чем внутреннее. Из этого, в свою очередь следует, что каждый член профессиональной группы является неофициальной «визитной карточкой», «лицом» совокупной профессиональной группы и конкретного коллектива среди других членов общества, и по его поведению и отношениям в обыденной жизнедеятельности его близкое и дальнее окружение будет судить о профессиональной группе в целом.

Из вышесказанного видно, что во-первых, профессионально-этический кодекс имеет отношение не только к профессиональной деятельности специалиста, но и к его обыденной жизнедеятельности. Во-вторых, профессионально-этический кодекс имеет отношение не только к членам совокупной профессиональной группы, но и к обществу в целом, через специалистов, вступающих в разнообразные связи, как профессиональные, так и обыденные. Поэтому специалист должен постоянно и привычно сверять свои мысли и чувства, действия и поступки, отношения и деятельность с основными профессионально-этическими императивами и, соответственно, знать и понимать основные положения этико-аксиологической системы своей профессии, уметь их идентифицировать и опредмечивать в практике. При этом профессионально-этическая система профессиональной деятельности должна быть когнитивно доступна для каждого специалиста независимо от его научного, квалификационного, культурного и образовательного уровня. В каждой профессиональной деятельности задействованы специалисты не только различной квалификации и профессиональной подготовленности, но и различного уровня культуры и различной образованности, что, в общем естественно и оправданно: например, работа по медико-санитарному уходу за престарелым и его надомному социально-бытовому обслуживанию в силу своего содержания не требует пока от специалиста высокого уровня профессионального образования. Тем не менее, такой работник, будучи членом коллектива и совокупной профессиональной группы, должен свободно оперировать основными профессионально-этическими императивами и критериями, обращаясь к ним в своей повседневной практике. Следовательно, необходима работа по адаптации профессионально-этической системы для нужд практики профессиональной деятельности, визуализации ее основных компонентов. Такая работа может быть осуществлена посредством кодификации профессионально-этической системы, и при помощи кодификации профессионально-этической системы этико-аксиологические критерии оценки и сравнения могут быть сделаны вполне доступными.

Чтобы устойчиво функционировать в профессиональной группе и быть достаточно авторитетным, профессионально-этический кодекс должен соответствовать определенным требованиям. Он должен:

 соответствовать профессионально-этической системе конкретного вида профессиональной деятельности;

быть доступным для понимания, усвоения и выполнения;

вырабатываться с учетом всего опыта практической деятельности в конкретной профессиональной сфере (а порой – и смежных с ней сферах), достижений фундаментальной и прикладной науки;

 развивать, конкретизировать и дополнять системы общечеловеческих и национальных ценностей, не противореча им;

 базироваться на основе определенных принципов, наиболее полно отражающих смысл и сущность профессиональной деятельности;

 быть многофункциональным, применимым во всех видах взаимодействия и отношений, возникающих в профессиональной деятельности, на всех ее уровнях и во всех проявлениях;

  не противоречить наиболее общим позитивным элементам общественной морали конкретного общества;

обеспечивать возможность конструктивного разрешения конфликтов, возникающих между представителями различных профессиональных групп, частными и юридическими лицами при совместных действиях;

Специфическая мораль совокупной профессиональной группы в профессионально-этическом кодексе также подвергается схематизации. В рамках кодекса профессиональная мораль существует как упорядоченная совокупность согласованных требований, предписаний к поведению и деятельности специалиста, чертам его личности, т.е. как определенная целостная  система, определяемая содержанием профессионального долга специалиста. При этом, конечно, далеко не все моральные требования и предписания находят отражение в кодексе; в него вносятся лишь основные, из которых при необходимости выводятся второстепенные.

Так, например, практически все профессионально-этические кодексы включают в себя принцип справедливости. Справедливость устанавливает некое приемлемое соответствие между тем, что человек сделал и тем, что он за это должен получить, предусматривает воздаяние по заслугам. Известно, что справедливость – категория чрезвычайно изменчивая: то, что считается справедливым в одном обществе, представляется несправедливым в другом. То, что справедливо сейчас, может быть сочтено несправедливым спустя некоторое время. Более того, представления о справедливости людей, живущих в одном обществе в одно и то же время существенно различаются: то, что кажется справедливым одному, представляется совершенно несправедливым другому. И тем не менее, профессионально-этические кодексы требуют от специалистов поступать согласно принципу справедливости. Это означает, что к изучению и анализу проблемной ситуации следует подходить непредвзято и не формировать свое мнение до того, как будет получена информация, необходимая и достаточная для анализа; следует объективно рассматривать все имеющиеся данные, максимально исключив из оценочных суждений свои собственные симпатии и антипатии и т.д. И, наконец, принимая решение о справедливом воздаянии «по заслугам» (положительном или отрицательном) следует руководствоваться принципами законности и социальной целесообразности.

Приведенный пример показывает, что принцип справедливости автоматически включает в себя целый ряд принципов, делающих возможность реализацию справедливых решений на их основе. Он требует от специалистов не только формальных знаний о справедливости, но и навыков этико-аксиологического анализа, причем зачастую ситуация исключает возможность получения консультации. Профессионально-этический кодекс не следует рассматривать как сборник готовых рецептов на все случаи жизни и профессиональной практики. Но это не значит, что им невозможно пользоваться. От специалиста требуется творческий подход, чтобы профессионально-этический кодекс, с одной стороны, не стал «еще одной бумажкой», с существованием которой приходится мириться, поскольку нельзя от нее избавиться. А с другой стороны, нельзя допустить формального морализаторства на основе кодекса, которое может привести к эффекту, прямо противоположному ожидаемому.

И необъективность, и предвзятость при желании можно преодолеть. Несмотря на то, что нравственность - индивидуальное качество личности, складывающееся из присущих только ей одной представлений о добре, зле, справедливости, равенстве и т.п., существуют общие представления, признанные в конкретном обществе, группе (в том числе профессиональной) в качестве верных. Существуют общие для представителей профессиональной группы, а значит, и для профессиональной деятельности в целом, принципы, моральные нормы и правила, играющие в совокупности роль своеобразных “рамок”, детерминирующих деятельность в основном. Именно такой характер имеют профессионально-этические кодексы - они определяют своеобразные этико-аксиологические “рамки”, в пределах которых специалисты организуют свою деятельность. Ими и следует руководствоваться, анализируя конкретные ситуации в рамках профессиональной деятельности.

Положения профессионально-этических кодексов не дают жестких и однозначных рекомендаций, как поступать в том или ином конкретном случае[15], т.е. специалист, принимая решения и проводя их в жизнь, сверяет свои действия с профессионально-этическим кодексом. Практически он как бы «примеряет» то или иное положение кодекса к конкретной ситуации, случаю. При этом он не утрачивает самостоятельности и свободы выбора и ответственности за принятое решение. Утрата специалистом самостоятельности в решениях и свободы действий означала бы автоматически, что он освобождается от ответственности: в самом деле, если решение принято за специалиста кем-то, причем задолго до того, как сложилась конкретная ситуация, то именно этот «кто-то» и должен отвечать за последствия принятого решения. Специалист же в этом случае освобождается от ответственности полностью. Действительно, можно ли винить человека в том, что он скрупулезно выполняет существующие предписания, тем более, не им самим выработанные? Напротив, существующая форма профессионально-этического кодекса не освобождает работника от обязанности размышления, самостоятельного принятия решения и значит, от ответственности за конечный результат в связи с принятым решением. Свобода и самостоятельность специалиста состоит не в отказе от нормативных устоев, принятых профессиональным сообществом в виде профессионально-этического кодекса, а в свободном и самостоятельном принятии решений и действиях на их основе. Попросту говоря, наличие кодекса не освобождает специалиста от необходимости думать над тем, что он собирается совершить или уже совершил на основе того же кодекса.

Будучи отражением профессионально-этической системы, ее состояния в конкретный момент времени, профессионально-этический кодекс не может являться чем-то раз и навсегда данным, застывшим. Он не может претендовать на общезначимость и абсолютность, т.е. претендовать на пригодность в любой период времени, в любых социально-экономических и политических ситуациях и обстоятельствах. В соответствии с изменениями в условиях жизнедеятельности людей могут измениться профессиональные обстоятельства: формы, методы и непосредственное содержание, цели и задачи профессиональной деятельности и т.п. Развивается и теория профессиональной деятельности, и ее технологические основы, давая возможность решать проблемы, еще недавно считавшиеся неразрешимыми. Появляются новые методы и методики, вызывающие подчас сомнения и даже резкие возражения этического плана[16]. Наконец, философские науки тоже развиваются, знание основных этических ценностей, законов, принципов расширяется и углубляется, что, безусловно, отражается и на содержании профессионально-этических теорий. Это неизбежно должно вызывать некоторые изменения в профессионально-этической системе. Значит, и соответствующий профессионально-этический кодекс должен периодически пересматриваться, подвергаясь большим или меньшим изменениям. Наконец, по прошествии некоторого времени может стать очевидным, что принятый кодекс попросту далек от совершенства, и поэтому нуждается в уточнении и пересмотре.

Изменения в профессионально-этическом кодексе могут быть вызваны и внешними причинами. Например, вполне вероятно, что ожидания общества и особенно той его части, которая наиболее часто прибегает к услугам специалистов данной профессии, изменятся: повысятся, усложнятся или наоборот, либерализируются. И это также неизбежно может повлечь за собой адекватные изменения в кодексе. Профессионально-этический кодекс должен соответствовать объективным потребностям общества и профессиональной группы и постоянно совершенствоваться. Однако в период своего действия профессионально-этический кодекс представляет собой документ, обязательный для руководства в повседневной профессиональной деятельности. Его несовершенство, явное отставание от жизни и т.п. недостатки являются отнюдь не поводом к его игнорированию, а доводом в пользу пересмотра.

Из вышесказанного можно сделать вывод, что профессионально-этический кодекс, при всей его устойчивости и целостности, не является косной, застывшей системой. Он относительно динамичен, что может быть отражено в самом кодексе, и это понятно: этические принципы, нормы, правила и требования, отраженные в кодексе, не могут и не должны быть неизменными, абсолютными; они обязаны отражать не только перемены в обществе, динамику его развития, изменения в статусе отдельных социальных и профессиональных групп и индивидов, но и изменения, неизбежно происходящие в самой профессиональной деятельности, ее сущности и содержании, формах и методах. Эти перемены должны находить свое отражение в изменении иерархии ценностей, содержании норм и принципов, заложенных в профессионально-этическом кодексе, и внесении в него новых, лучшем обосновании этих норм и правил и опосредованно реализоваться в способах их практического применения в повседневной профессиональной деятельности на любом из ее уровней.

Профессионально-этический кодекс предназначен, как уже говорилось, для практического регулирования профессионального поведения, отношений и действий специалистов. Однако в конечном итоге область применения профессионально-этического регулирования становится существенно шире и выходит за рамки профессиональной деятельности. Это естественно, поскольку человек един и целостен, и, как это часто бывает, профессиональные поведенческие стереотипы привносятся в обыденную жизнедеятельность, тем более, что профессионально-этический кодекс не требует от специалиста ничего такого, что могло бы быть воспринято негативно вне профессиональных рамок.

В самом деле, такие нормы и принципы, которые  основаны на признании человека высшей ценностью, уважении и любви к нему и требуют от личности специалиста справедливости, честности, толерантности, умения хранить чужую (да и свою личную) тайну, оправдывать доверие, быть оптимистом, стремиться к личностному и профессиональному совершенству и т.п. вполне могут быть признаны желательными и для обыденной жизнедеятельности. Будучи перенесенными специалистом из профессиональной сферы в непрофессиональную, они могут изменить обыденные отношения, в которые тот вступает, содействуя их определенной этизации и гуманизации.

В самом деле, если действия и поведение специалиста в повседневной практической деятельности, ведущие качества его личности, отвечают требованиям профессиональной морали, систематизированной в профессионально-этическом кодексе, можно сделать вывод, что они также соответствуют объективным понятиям справедливости и добра, общественного и личного блага. Это соответствие означает также, что действия, поведение и личностно-нравственный облик специалиста отвечают требованиям и ожиданиям общества по отношению к профессии вообще и ее отдельным представителям в частности. Но вместе с тем это значит, что, будучи не только членом профессиональной группы и специалистом, но и членом общества, человек, демонстрирующий положительные качества в повседневном общении и взаимодействии с другими людьми, будет признан обществом достойной личностью. Вполне возможно, что такой специалист для некоторых членов его окружения станет объектом для подражания, и это может выразиться не только в их стремлении приобщиться к конкретной профессиональной деятельности, но и воспитать в себе те личностные качества, которые вызывают уважение. Поэтому профессионально-этический кодекс не противопоставляет членов профессиональной группы обществу, но напротив, способствует их интеграции в общество на новой, более гуманной основе.

Это дает возможность говорить профессионально-этическом кодексе и профессиональной морали как существенном факторе повышения уровня моральности общества. Гуманизирующее и этизирующее влияние осуществляется в силу положительного воздействия содержания профессиональной деятельности и личностной нравственности ее представителей как непосредственно на участников процесса деятельности - самих специалистов, их клиентов и ближайшего окружения, так и опосредованно, на  социум. Таким образом, специфическое этико-аксиологическое регулирование поведения и действий специалиста в любой профессиональной сфере имеет своим результатом регулирование жизнедеятельности личности в целом и через нее – регулирование общественных отношений, их гуманизацию. Нет нужды говорить, что в условиях снижения уровня моральности общества профессиональная мораль и ее гуманизирующее воздействие могут приобрести значение фактора, предохраняющего общество от сокрушительной деморализации.

Соблюдение требований профессионально-этического кодекса специалистом - не формальность, а необходимое условие эффективности и результативности его повседневной практической деятельности, мерило его общественной значимости и ценности. Соблюдение каждым специалистом требований профессионально-этического кодекса становится в настоящее время важнейшим условием признания и закрепления высокого статуса профессии в обществе, основанием для завоевания авторитета и уважения ее представителей, самоуважения и самоутверждения личности специалиста в профессиональной группе и в обществе.

При всем различии профессионально-этических кодексов, принятых специалистами разных профессий и разных стран, все они имеют общие цели и задачи, чем отчасти и обусловлено их сходство. Вместе с тем, профессионально-этические кодексы не могут не иметь различий, обусловленных спецификой менталитета различных народов, их национальных обычаев и традиций и уровнем социально-экономического развития и статусом конкретного вида профессиональной деятельности в обществе. Процесс воспитания и становления специалиста предусматривает обучение его навыкам работы в этическом пространстве, этико-аксиологическому анализу, оценке, которые помогут ему принять этически верное решение в затруднительной ситуации.

В соответствии с кодексом, каждый специалист несет моральную ответственность за свою деятельность в каждой конкретной ситуации. В то же время каждый специалист должен рассматривать себя как члена профессиональной общности, носителя нужной и важной профессии, в связи с чем чувствовать известную моральную ответственность за деятельность своих коллег и совокупной профессиональной группы. Важной при этом является деятельность по этической защите, совершенствованию и развитию профессии.

В целом следует отметить, что в настоящее время наблюдается отчетливая тенденция к кодификации профессиональной деятельности, поскольку деятельность профессиональная все чаще и на практическом уровне рассматривается как разновидность деятельности социальной. При таком подходе становится ясно, что каждая профессия отвечает не только за свою функциональную состоятельность и эффективность, т.е. за производство товара или услуги в соответствии с социальным заказом, но и за благополучие общества, связанное с производством и потреблением конечного продукта профессиональной деятельности. Необходимость введения профессионально-этических кодексов в различные виды профессиональной деятельности для различных профессиональных групп очевидна.

При этом, конечно, надо учитывать, что в специализированных учреждениях и организациях работают представители разных профессий. Вследствие этого неизбежным представляется такой подход к разработке профессионально-этического кодекса, который позволял бы всем специалистам, работающим в одном учреждении и одном коллективе, находиться в едином этическом пространстве, т.е. нормы и принципы, правила и требования, заложенные в кодекс, должны носить по возможности более общий характер. С другой стороны, представители одной и той же профессиональной группы неизбежно специализируются (например, инженеры-механики, инженеры-химики, инженеры-электрики и т.п. врачи-терапевты, хирурги, стоматологи…), оказывая клиентам тот или иной довольно узкий перечень услуг, производя специфический товар (или его часть), работая с узкой группой клиентов. В этом случае целесообразной может оказаться разработка специализированных кодексов, действующих в рамках одного учреждения или его подразделения. Однако и в первом, и во втором случаях профессионально-этический кодекс не будет содержать в себе мелочных рецептов. Он может и вообще отсутствовать: важнейшие профессионально-этические требования в самом общем виде могут быть изложены в уставе учреждения.

Если же совокупной профессиональной группой или коллективом учреждения признано, что профессионально-этический кодекс необходим и преимущества, ожидаемые от его введения, представляются очевидными, следует приступить к его разработке.

 При разработке профессионально-этического кодекса следует учитывать следующее:

Необходимость профессионально-этического кодекса. Кодекс может быть разработан для любой отрасли, для любой профессии или специализации внутри профессии, для любой целостной группы, коллектива учреждения или подразделения и т.п., но, как уже говорилось, не каждая профессиональная деятельность остро требует дополнительной этико-аксиологической регламентации. В некоторых профессиях вполне может быть достаточно использования общих моральных принципов и норм для обеспечения тех отношений между представителями профессии (трудового коллектива), которые обеспечат высокую эффективность деятельности. Возможно, достаточным окажется введение элементов моральной регуляции в устав учреждения. Будучи необоснованно разработанным и введенным, профессионально-этический кодекс может так и остаться еще одним формальным документом, известным только своим разработчикам. Как говорится, кодекс может быть сам по себе, а специалисты – сами по себе. Позднее, если профессионально-этический кодекс в силу обстоятельств все-таки окажется необходимым, его введение и популяризация может стать сложной задачей, поскольку сама идея этической регламентации может оказаться дискредитированной чрезмерным административным рвением.

Знание специфики профессиональной деятельности. Именно специфика профессиональной деятельности, главным образом ее процесс и результат, определяет формы, методы и направленность профессионально-этической регуляции, ее особенности. Специфика профессиональной деятельности определяет в значительной мере и специфику профессионально-этического кодекса. Поэтому, чтобы профессионально-этический кодекс стал органичным и необходимым в повседневной профессиональной деятельности, он должен быть специализирован с учетом основных особенностей профессиональной деятельности. Безусловно, к разработке профессионально-этического кодекса должны быть привлечены в качестве консультантов специалисты, хорошо владеющие профессиональным мастерством, знающие внутрипрофессиональные функциональные связи, знающие структуру профессиональной деятельности, профессиональной сферы и профессиональной группы и т.п.

Знание этики вообще и профессиональной этики в частности. В профессионально-этическом кодексе, несмотря на то, что он должен быть доступен для понимания и исполнения рядовыми работниками, используются идеи, понятия и категории философской этики и аксиологии. В то же время известно, что некоторые наиболее общие категории философской этики широко используются не только в профессиональной, но и в обыденной речи, причем их обыденный смысл не всегда совпадает с научным определением. Так, например, в обиходе этика и мораль – практически одно и то же, и данные термины почти всегда употребляются в одном и том же смысле, в то время как в научной практике и научном языке они различаются. От разработчика кодекса требуется знание не только этико-аксиологического категориального аппарата, но и основных идей, законов, принципов и т.п., чтобы профессионально-этический кодекс соответствовал представлениям о его научности. Если профессиональная группа не впервые приходит к изучению и обсуждению профессионально-этических проблем, следует исследовать все наработки в этой области.

Глубокое знакомство с важнейшими национальными обычаями и традициями. Обычаи и традиции, будучи неотъемлемой частью общественного бытия, концептуально отражаются в профессионально-этическом кодексе, хотя прямых указаний на их счет обычно не делается. Более того, национальный менталитет, отраженный в обычаях и традициях, может стать основой и условием разработки и введения профессионально-этического кодекса, если представители той или иной национальности или народа исторически склонны ко всевозможной регламентации и внешней регуляции всех видов деятельности, в первую очередь профессиональной. И наоборот, если любые регламентирующие рамки воспринимаются представителями какой-либо национальности негативно, введение профессионально-этического кодекса может стать серьезной проблемой. Даже степень обобщения основных профессионально-этических императивов может быть различной в зависимости от этнических особенностей.

Знание и возможность решения процедурных вопросов. Как  уже говорилось, любой профессионально-этический кодекс должен быть легитимизирован, т.е. должен пройти процедуру обоснования необходимости введения кодекса, разработки его проекта,  обсуждения и принятия кодекса в установленном порядке правомочным органом, после чего он может тиражироваться и распространяться среди специалистов. Естественно, что все эти действия должны совершаться на основе действующего национального законодательства. При этом очень важно не упустить ни одной формальности, даже представляющейся несущественной на первый взгляд. В противном случае кодекс может остаться достоянием лишь одного разработчика, поскольку члены профессиональной группы вполне обоснованно откажутся признать этот документ. Если упущен хотя бы один процедурный этап, то любое решение, принятое на основе кодекса, может быть при желании оспорено и отменено с неизбежным привлечением к ответственности тех лиц, которые допустили процедурные ошибки, а также тех, кто на основе нелегитимного кодекса пытался принять решение.

Таким образом, разработка и принятие профессионально-этического кодекса может стать значительным событием для профессиональной группы, важным условием для дальнейшего развития профессии. Кодекс, в силу выполняемых им функций, может стать средством и условием существенного повышения эффективности и качества профессиональной деятельности. Он может стать прочной основой для действительного, неформального объединения представителей профессии в группу единомышленников, разделяющих одни и те же идеи, ценности, принципы и обладающих общими личностными качествами в силу предъявляемых к ним единых требований. Одновременно он может стать надежным средством для выведения за рамки профессии тех ее представителей, которые не в состоянии по разным причинам соответствовать предъявляемым к ним требованиям, и тем самым способствовать профессиональному отбору. Все это вместе взятое может способствовать значительному повышению престижа и статуса профессии и ее представителей в обществе, объективной оценке обществом места и роли профессии в его жизнедеятельности и развитии. Значит, положительный эффект от введения профессионально-этического кодекса может быть существенным.

Следует, однако, избегать поспешности и формализации процесса кодификации профессиональной деятельности. Отсутствие оснований для введения кодекса должно рассматриваться как достаточное условие для осуществления профессиональной деятельности на основе позитивных требований общей этики и общественной морали. Введение профессионально-этического кодекса должно быть обоснованным и своевременным. Необходимость в нем должна осознаваться членами профессиональной группы, которые должны видеть в нем не досадную помеху собственной вседозволенности, но непременное условие развития профессии на благо всего общества и профессиональной группы. Поэтому профессионально-этический кодекс в целом должен соответствовать важнейшим критериям моральности, и каждое из его положений должно быть практическим выражением идей гуманизма, нравственности, социального прогресса.

3. ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ И КОДЕКСЫ: НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ[17]

Как отмечал Ф. Энгельс[18], каждая профессия имеет свою собственную мораль. Профессия формирует у ее носителей не только профессиональные навыки, но и определенные черты личности и отношение к содержанию своей деятельности.

Каждый вид профессиональной деятельности имеет сложную структуру: в нем легко обнаружить и организационные, и правовые, и психологические, и педагогические компоненты, и многие другие. Каждый вид профессиональной деятельности отличен от других содержанием этих компонент, и прежде всего отличен от них конечным продуктом, ради которого и организуется и осуществляется данная профессиональная деятельность. Конечно, конечный продукт каждого вида профессиональной деятельности находит применение в различных областях жизнедеятельности человека. Однако, не рассматривая здесь особенности каждого вида профессиональной деятельности, можно дать достаточно общий ответ: для того, чтобы удовлетворить потребности человека, а значит, принести людям добро, благо. Значит, в любом виде деятельности неизбежно присутствует этико-аксиологическая компонента. Но добро и благо не возникают сами по себе; они всегда есть результат некой совокупности действий. Для того, чтобы принести людям добро, необходимо таким образом подобрать и сформировать все структурные элементы профессиональной деятельности, чтобы благо стало неизбежным конечным результатом деятельности. Опираясь на эти рассуждения и зная, что благо – важнейшая этическая категория[19], можно сделать вывод, что все структурные компоненты профессиональной деятельности носят подчиненный характер по отношению к этико-аксиологической, поскольку они выступают средствами для достижения конечной цели - блага. Не организационная, правовая, экономическая и др. компоненты определяют «лицо» профессиональной деятельности и ее сущность и содержание, а цель, сформулированная и поставленная перед исполнителями еще до начала деятельности, и ее конечный результат, то самое благо, которое в каждом конкретном виде профессиональной деятельности принимает специфический вид.

При формировании профессиональной деятельности каждый ее структурный элемент должен проходить своеобразную экспертизу, которая должна дать ответ на один вопрос: будет ли данный элемент содействовать достижению блага и каким именно он должен быть? Это значит, что каждый структурный элемент профессиональной деятельности подвергается этической оценке; с помощью этико-аксиологических критериев человек отбирает, формирует те средства, инструменты, условия, которые необходимы для достижения успеха в деятельности. Поэтому правомерен вывод, что профессионально-этическое учение должно лежать в основе всех других аспектов профессиональной деятельности, т.к. именно оно определяет их наличие, вид, форму, содержание и т.п. Вместе с тем мораль профессиональной группы (профессиональная мораль) является составной частью морали общества, поскольку каждый из специалистов является не только членом профессиональной группы, но и членом общества. А мораль, как известно, является одним из самых древних регуляторов поведения и действий, взаимодействия людей и их отношений, в том числе и в специфической профессиональной сфере.

Появление профессиональной морали предшествует созданию научных теорий о ней, т.к. профессиональная мораль, возникающая первоначально как явление обыденного сознания, в дальнейшем развивается уже на основе осмысления и обобщения практики представителей профессиональной группы. Эти обобщения систематизируются в виде кодексов (писаных и неписаных), содержащих этические требования не только к содержанию и результатам деятельности, но и к отношениям, возникающим в процессе деятельности. Она содержит также выводы, сделанные на основе обобщений. Таким образом начинает складываться профессиональная этика. При этом моральное сознание не может быть сведено только к логике. Выстраивая свои моральные суждения, человек не только пытается рационально объяснить или обосновать то или иное действие следованием определенному моральному принципу, норме и т.п., но еще и мыслит в рамках определенных стереотипов: привычных ему идеологем, обычно-традиционных подходов, а также испытывает определенные эмоции по этому поводу. Поэтому профессионально-этическое учение - это не только учение о профессиональной морали, но и нравственное самосознание совокупной профессиональной группы, ее идеология и психология.

Профессиональная мораль, как и мораль вообще, не разрабатывается, а вырабатывается постепенно в процессе повседневной совместной деятельности людей, систематизируя накопленный в процессе исторической практики опыт, характерный для данного вида деятельности, обобщая его и модернизируя в процессе совершенствования общественных и производственных отношений. Любые попытки искусственно внедрить в систему морали чуждые элементы, противоречащие ее духу, обречены на провал: чужеродные элементы, подчиняясь закону формирования и функционирования систем будут оставаться невостребованными, а затем окажутся естественным образом выведенными за пределы системы. Профессионально-этическое учение – это целостное учение, теория профессиональной морали, в которой элементы общей морали приобретают специфику в связи со спецификой профессиональной деятельности. Поэтому профессиональная этика может рассматриваться как подраздел общей этики, несущий в себе специфические черты, обусловленные видом и типом деятельности, т.е. является прикладной научной дисциплиной, изучающей профессиональную мораль. Вместе с тем, она может рассматриваться как прикладная теория нравственности, бытующей в профессиональной среде. Аналогичным образом профессиональная аксиология может рассматриваться как подраздел общей аксиологии.

Еще Ф. Энгельс отмечал, что “... представления о добре и зле так сильно менялись от народа к народу, от века к веку, что часто прямо противоречили одно другому”[20], что, по его мнению, связано с тем, что свои воззрения человек черпает из непосредственной практической деятельности, которая подвергается со временем существенным изменениям.  Профессиональная деятельность входит составной частью в совокупную практическую деятельность человека и общества, поэтому замечание Ф. Энгельса может быть к ней отнесено вполне правомерно. Формы и содержание профессиональной деятельности меняются, меняются взаимоотношения внутри профессиональной группы, а значит, профессиональная мораль и профессиональные ценности не могут оставаться неизменными.

Но профессиональная мораль меняется не только под воздействием изменений в самой профессиональной деятельности. Развиваются науки, в частности, гуманитарные науки. В связи с развитием философского знания выделяются такие его области, как этика, аксиология, деонтология, аретология. Профессиональное сознание, профессиональная мораль, профессиональные ценности, ответственность и долг специалистов становятся значимыми областями философских этических и аксиологических исследований. Специалисты различных профессий все больше и больше внимания уделяют не только теоретическим и технологическим аспектам профессий, но и философским – этическим, аксиологическим. Сегодня профессиональная этика – признанная область научного знания, одна из значимых компонент подготовки специалиста в системе высшего и среднего профессионального образования. Довольно успешно развивается профессиональная аксиология.

В практике повседневной профессиональной деятельности и в сознании большинства специалистов-практиков профессиональная этика чаще всего выступает как профессионально-этическая система, совокупность взаимосогласованных элементов, в том числе ценностей, принципов, норм, требований к личностным качествам и т.п.. Эта система чаще всего знакома специалистам в виде профессионально-этического кодекса, где важнейшие элементы системы находят свое отражение.

Элементы профессионально-этической системы подвержены изменениям вод воздействием как внешних, так и внутренних по отношению к профессии факторов. Но в тоже время они сами непосредственно, в каждый момент времени влияют на поведение специалистов, побуждая их действовать определенным образом. В целом же профессиональная этика должна рассматриваться специалистами как адаптация общей, философской этики к определенным видам профессиональной деятельности, а не как нечто автономное, существующее само по себе в рамках профессиональной деятельности. Такой подход позволяет в развитии общественной морали и становлении этики как науки вычленить некоторые аспекты, имеющие отношение к развитию и становлению профессиональной этики и морали.

Профессионально-этические системы и профессиональная мораль как совокупность устойчивых норм и правил, которыми должен руководствоваться работник в своей профессиональной деятельности, начали формироваться в глубокой древности, когда этика не оформилась еще как отдельная, обособленная отрасль философского знания. Вместе с тем специализация практической трудовой деятельности уже происходила и, видимо, постепенно происходило различение деятельности профессиональной и деятельности обыденной, по крайней мере, на эмпирическом уровне, поскольку научное формирование этических учений даже в рамках философии произошло существенно позже.

Первые довольно конкретные требования к действиям специалиста, имеющие выраженный этический характер, можно встретить в древнеегипетском манускрипте “Наставления начальника города и визиря Птаххеттепа”, датируемых III тысячелетием до нашей эры. В числе разнообразных требований к работнику указывается на необходимость добросовестного и качественного выполнения своих обязанностей, поскольку такое отношение к труду - залог будущей высокой должности и богатства[21]. Из документа видно, что ответственное выполнение  обязанностей, по мнению автора документа, должно гарантироваться не только нормативными документами, страхом наказания и т.п., но и отношением к выполняемой работе. Именно отношение к выполняемой работе должно в первую очередь привести к повышению качества результата деятельности, поскольку может исключить или свести к минимуму потери материалов, времени из-за ошибок, просчетов, небрежного и несвоевременного выполнения трудовых действий и т.п. и получить искомый результат с наименьшими затратами и в кратчайшие сроки. Значит, отношение к делу  - это своеобразный гарант положительного конечного результата, и оно должно быть вознаграждено.

Назвать вышеупомянутый документ в полном смысле профессионально-этическим кодексом невозможно, поскольку в нем содержатся требования не только к профессиональному поведению, но и к поведению того же чиновника в быту. В него включены как этические требования, так и правовые и религиозные нормы и правила этикета. Но все же этот документ – первый известный нам свод норм и требований, куда, наряду с правовыми, религиозными и прочими требованиями, включены и профессионально-этические.

Как уже было сказано, профессиональная этика складывается путем постепенной специализации общих этических принципов, норм и правил в соответствии со спецификой профессиональной деятельности. Из данного документа можно видеть, что включенные в него профессионально-этические требования носят достаточно общий характер. Действительно, ответственное отношение к делу желательно всегда и во всем, не только в профессиональной деятельности, но и в быту. Но все же автор документа подчеркивает необходимость ответственного отношения к выполнению именно профессиональных обязанностей, а не декларирует ответственность вообще.

Сознательное культивирование правил, определяющих поведение человека, некоторые исследователи относят к периоду античности, поскольку именно в это время наблюдаются системные попытки обучения людей разумному, достойному, красивому поведению, приемлемому в обществе и обеспечивающему его (общества) стабильность, целостность. Гесиод, Протагор, Сократ, Платон, Демокрит, Аристотель и другие философы античной Греции обращались к проблемам взаимоотношений людей в обществе и формирования таких качеств личности, которые сделали бы человека достойным гражданином и членом общества. В этот период нормы повседневного поведения, а также поведения в конкретных ситуациях ориентировали человека на проявление его лучших качеств, давали общие направления его деятельности, оставляя при этом свободу выбора. Для античных греков, по мнению большинства философов, в правилах поведения главным было соблюдать во всем меру, “золотую середину”, жить разумно, в согласии со своей душой, быть достойным своего предназначения. При этом считалось, что наиболее важным является научить человека самостоятельно «правильно» мыслить и чувствовать, а это, в свою очередь, является основой и условием выбора и реализации правильного поведения. Таким образом, в античную эпоху выбор поведенческих реакций был ориентирован на осмысленную практичность и целесообразность поведения, поскольку признавалось, что форма поведения вторична относительно его содержания. Одновременно формировались представления о положительных личностных качествах человека и гражданина. Так, например, воспитанный, благородный человек, заслуживающий уважения и подражания, “...щедр и широк по натуре... Сам он оказывает благодеяния, но принимать их стыдится. За благодеяние он воздает еще большим благодеянием... Он не выказывает свою силу на немощных, это - черта плебейская. Он не возносится над теми, кто стоит ниже него, зато держится величественно с людьми высокопоставленными”[22].

Но все же целостная профессионально-этическая система пока еще не была сформирована, наличествовали лишь отдельные элементы общей системы, которые могли быть успешно применены в профессиональной деятельности. Рекомендации, приведенные в этом отрывке, носили самый общий характер. Они могли применяться как в обыденной жизни, так и в профессиональной деятельности, например, в военной (в большинстве античных греческих городов-государств была уже профессиональная армия). Например, требование «не возноситься» над теми, кто «стоит ниже» и не выказывать над ними свою силу, чтобы не прослыть плебеем (не столько по рождению, сколько по духу), вполне уместно и в профессиональных отношениях, где всегда есть начальники и подчиненные и, к сожалению, руководитель порой демонстрирует поведение, противоположное данному требованию: «я – начальник, а значит, я – самый, самый, самый… и это дает мне право на любое поведение и отношение к подчиненным».

В этих требованиях можно видеть некие фрагменты будущей этической системы, поскольку требования заключаются в необходимости соблюдать собственное достоинство и достоинство других людей, уважать себя и других[23]. Эти требования вполне могут быть применимы в практике профессиональной деятельности, особенно в тех ее видах, где специалист в силу специфики профессиональной деятельности получает определенную власть над клиентом, возможность влиять на его ситуацию, положение, судьбу.

Профессиональная этика, относящаяся к наиболее общим видам нормативной регуляции поведения специалиста в его профессиональной деятельности, прошла длительный путь развития от единичных и разрозненных конкретных этических норм, относящихся к определенным видам действий, до научно обоснованных и выверенных, целостных профессионально-этических систем, которые, наряду с другими видами регуляции профессиональной деятельности, составляют основу многих профессий. Начавшись включением в документы более общего характера отдельных этических требований и норм, она впоследствии прошла через этап эмпирического формирования профессионально-этических кодексов к осмыслению профессиональной этики и аксиологии как относительно самостоятельных разделов философского этического и аксиологического учения, позволяющих выявить и обосновать фундаментальные основания деятельности.

Вместе с тем формирование и официальное признание профессионально-этических систем, функционирующих в различных сферах профессиональной деятельности, происходило не одновременно во всех сферах трудовой и иной общественно-полезной деятельности. Не одновременно в различных видах профессиональной деятельности появлялись и становились признанными профессиональной группой некие своды правил, норм, требований и т.п., которые считались обязательными для выполнения каждым, входящим в профессиональную группу, и получившие впоследствии название «кодекс».

И дело не только в том, что обособление и профессионализация различных видов деятельности происходили различными темпами. Дело еще и в том, что для становления и оформления профессионально-этической системы необходимо формирование профессиональной группы как общности людей, связанных не только определенным видом деятельности, но и единой территориальной, сословной (на первых этапах формирования) принадлежностью, а также потребностью в профессиональном и обыденном общении, отношениях и функциональном взаимодействии друг с другом. Немаловажным является наличие возможности реализовать эту потребность.

Можно отметить, что формирование профессиональной морали и профессиональной этики в общих чертах повторяет процесс формирования морали и этики вообще. Когда возникает и начинает осознаваться потребность в регулировании поведения, отношений и действий людей, входящих в некую группу, начинают постепенно организовываться в систему принципы, нормы, правила, которые должен соблюдать каждый, чтобы быть приемлемым для всех, а значит, неизбежно упорядочиваются требования, которые члены группы (в данном случае профессиональной) предъявляют друг к другу. Эмпирически происходит отбор таких элементов будущей этико-аксиологической системы, которые, дополняя и обогащая друг друга, образуют целостность.

 Показательным при этом является тот факт, что и в древности существенно большее, нежели в других областях, значение придавалось этичности действий специалиста преимущественно в тех сферах профессиональной деятельности, которые оказывали и оказывают весьма существенное непосредственное влияние на жизнедеятельность индивидов, групп и социума в целом - медицине, политике, военном деле и других. Это вызывало необходимость предъявления к личности и действиям специалиста специфических, порой более жестких и взаимно согласованных требований к его поведению, отношениям и деятельности, позже становящихся основой профессионально-этической системы.

Первые относительно целостные, хотя и немногочисленные, профессионально-этические кодексы известны с античных времен. Представители целого ряда профессий, имевших жизненно важное значение для всех членов общества, ранее других осознали необходимость этической регламентации своей деятельности. Именно в этих сферах профессиональной деятельности ранее, чем в других, сложились этические кодексы, опережая в своем становлении научное осмысление профессионально-этических основ деятельности. Поэтому такие профессионально-этические кодексы, как “клятва Гиппократа” и некоторые другие сложились относительно рано. В основном это профессии, направленные непосредственно на человека и имеющие высокую степень индивидуализации труда, профессии, где контакт специалиста и его клиента осуществляется непосредственно. Это профессии, которые непосредственно влияют на судьбу и жизнь человека.

Наиболее характерным примером можно считать «клятву Гиппократа» - документ, приписываемый легендарному древнегреческому врачу Гиппократу и представляющий собой первый дошедший до нас целостный профессионально-этический кодекс. Стал общеупотребительным, вышедшим далеко за пределы врачебной практики, сформулированный в этом документе важнейший принцип деятельности специалиста: «primum non nocere» - «главное - не навреди!», заставляющий врача, с одной стороны, делать все возможное для сохранения жизни и здоровья пациента, а с другой – помнить о том, что врач не всесилен; есть ситуации, когда больного не может спасти мастерство врача, а авантюрные, неквалифицированные, эмоциональные, и т.п. неоправданные логикой состояния действия могут привести к противоположному результату и ускорить смерть, сделать ее более мучительной, чем это могло бы быть. Данный принцип, который в широком смысле может быть признан и присвоен любой профессионально-этической системой, требует от специалиста не просто действий, а действий рациональных, продуманных, взвешенных, ответственных. Он ориентирует специалиста скорее не на действия сами по себе («что бы ни делать, лишь бы не сидеть, сложа руки»), а на последействие, т.е. на организацию деятельности с учетом конечного результата. Видно, что данный профессионально-этический принцип, как и вся профессионально-этическая система, отраженная в кодексе, повышает ответственность врача за лечение больного, его жизнь и благополучие.

Можно видеть, что в медицинской профессии в период античности преимущества введения профессионально-этической регламентации деятельности специалиста были оценены хотя и эмпирически, но все же основательно. Однако более массовое возникновение первых целостных профессионально-этических комплексов специалисты относят к позднему периоду ремесленного разделения труда и его официального организационного оформления, т.е. к периоду возникновения и оформления ремесленных цехов в XI - XII веках[24]. Именно в этот период историками и специалистами в области труда и занятости констатируется наличие в цеховых уставах этических требований к члену профессиональной группы, оформление представлений о его долге и обязанностях по отношению к профессии, характеру труда, товарищам по труду  - членам этой же группы и т.д. И хотя такого рода профессионально-этические комплексы – уставы – нельзя в полной мере считать профессионально-этическими кодексами в современной трактовке, поскольку значительная часть их положений и требований выходит за пределы предметного поля профессиональной этики, да и этики вообще, знаменательно, что этические требования все чаще и чаще в них представлены. Одной из важнейших причин этого явления можно считать стремление представителей профессиональной группы повысить ответственность за результаты профессиональной деятельности и таким образом оказать влияние на конечный результат труда, положение профессиональной группы в обществе, престиж профессиональной деятельности и т.п..

Однако при изучении средневековых цеховых уставов можно заметить, что потребность в этической регуляции профессиональной деятельности может быть обусловлена и другими причинами, связанными не только с заботой о качестве конечного результата, благополучии клиента как потребителя конечного продукта деятельности, и в этой связи – «благополучии» профессии и профессиональной группы.

Например, профессионально-этические системы, отраженные в кодексах средневековых ремесленных цехов, помимо повышения ответственности специалиста за конечный результат деятельности, преследовали и иную цель: как можно тщательнее охранять профессиональную тайну, секреты мастерства от «чужаков». Несомненно, что каждая профессиональная группа стремилась добиться того, чтобы потребители получали качественные товары и услуги – этого требует профессиональная гордость мастера. Но в этих кодексах видна также и забота о том, чтобы «посторонние» люди, не входящие официально в профессиональную группу – цех, не умаляли престижа и достоинства мастеров своего дела некачественным конечным результатом. Наконец, профессиональная группа надеялась таким образом исключить чрезмерную конкуренцию, держать под контролем рынок производства, а значит и сбыта продукции. Не случайно как профессиональная деятельность в целом, так и «секреты мастерства» в частности передавались внутри профессиональной, а зачастую – внутри семейной группы, от старших младшим членам семьи, что способствовало формированию профессиональной группы по династическому типу. Очевидно, что феномены «профессиональной тайны», «коммерческой тайны» и др., т.е. тех «тайн», которые не имеют отношения к потребителю, а касаются лишь членов профессиональной группы (корпорации), берут свое начало отсюда.

В единстве с правилами этикета, которые достаточно часто включались в профессионально-этический комплекс, цеховые уставы как обобщенные регламенты поведения, отношений и действий членов корпорации (и даже членов их семей) также способствовали тому, что группа профессионалов становилась своего рода замкнутой профессиональной кастой, корпорацией, отличающей себя от специалистов иных сфер деятельности и входящих в иные профессиональные корпорации и населения вообще по множеству признаков, как сущностных, содержательных, так и чисто внешних, формальных, порой мелких и мелочных: одежде, головным уборам, оружию, ритуалам, жестам. Профессиональная этика и профессиональный этикет в этот период также не разделялись, образуя порой противоречивое единство формы и содержания.

Цеховой устав (кодекс) необходимо было выполнять неукоснительно. Строгость кодексов той эпохи объясняется во многом тем, он служил своеобразным способом самосохранения определенного сообщества - профессионального или профессионально-сословного, и выступал в качестве своего рода знаковой системы, позволяющей отличать людей “своего круга” от чужаков.

Правила поведения, предписываемые для различных профессиональных групп, менялись с изменениями условий жизни и форм профессиональной деятельности. В средние века, например, представителям высших слоев армии (рыцарям) в зависимости от знатности их рода, наличия состояния, положения в рыцарской иерархии и личной доблести предписывалось соблюдение различных требований «кодекса чести», причем ряд этих требований (и этических, и этикетных) не соответствовал требованиям христианской морали, признанной в качестве официальной общественной морали. Например, гордость, благоговейная любовь к прекрасной даме (как правило, замужней), пренебрежительное отношение к опасностям и даже собственной жизни, порой граничащее с суицидальностью, нетерпимость к оскорблениям и обязанность «смывать оскорбления кровью» были непременными для рыцаря, заботящегося о своем добром имени и чести своего знамени, в то время как христианская мораль требовала смирения, отказа от прелюбодеяния и гордыни, всепрощения, а отнюдь не отмщения и не демонстрации своей силы. Рыцарям, как известно, подражали их оруженосцы, распространяя положения рыцарского кодекса в своей среде. Можно видеть, что мораль общества (в то время преимущественно христианская мораль) и мораль профессионально-сословная входили в противоречие. Это, однако, не мешало вышеназванным двум моральным системам относительно мирно сосуществовать в течение длительного периода времени.

Модели поведения, закрепленные рыцарским кодексом, становились образцом для подражания и постепенно проникали в другие слои общества, не обязательно связанные с военным делом, способствуя формированию нового типа общественных отношений, который до некоторой степени сохранен и до настоящего времени. Сложность норм и правил, требований к поведению, действиям членов группы, их личностным качествам требовала их упорядочения и записи, что привело к более широкому распространению «писаных» кодексов и уставов и разработки и введения определенных ритуалов, посредством которых неофит принимался в члены профессиональной группы. Естественно, что ввиду сложности правил и требований возникла и была осознана потребность обучения, воспитания членов группы, а значит, и потребность в учебной литературе в виде пособий, руководств.

Не осталась в стороне от проблем этической регламентации поведения, отношений и действий членов профессиональной группы и такая представительная профессиональная группа, как духовенство. Наиболее широко известным сводом религиозных норм и правил, распространяющихся и на этические основы человеческого существования, является Библия[25]. Ветхий завет, священная книга иудеев, содержит в себе нормы и правила, регламентирующие не только светские нормы, которые должно соблюдать в обыденной жизни, но и чисто культовые, религиозные стороны жизни, в большей степени имеющие отношение к деятельности членов профессиональной группы. Особенно широко эти профессионально-этические требования представлены в ветхозаветных книгах «Левит» и «Второзаконие», входящих в Тору, четырех канонических евангелиях Нового Завета.

Христианство, базирующееся главным образом на Новом Завете, в отличие от иудаизма, не столь строго регламентирует повседневную жизнь человека, его поведение и действия в различных жизненных ситуациях (в Ветхом завете содержится 613 запретов и предписаний, которые должен выполнять верующий иудей) - оно скорее устанавливает этические и социальные критерии и нормы, руководствуясь которыми, верующий должен самостоятельно определять свое поведение. Традиции христианской этики, изложенные в Новом Завете, поддерживали и развивали, придавая им значение профессионально-этических требований, лучшие  представители духовенства. Однако этические императивы Ветхого Завета христианством не отвергается, они рассматривается как исторический источник этики христианства.

Действительно, христианская этика, хорошо известная и изученная, может в известном смысле рассматриваться не только как общая этика, а христианская мораль – не только как мораль общественная, господствовавшая в сознании людей длительный период времени. Это еще и этика и мораль специфической профессиональной группы. Поэтому те требования, которые в библейских и иных священных текстах, трудах отцов церкви предъявляются к христианину вообще, приобретают значение наиболее общих профессионально-этических требований к представителям профессиональной группы – духовенству. Основная доктрина христианской этики заключается в достижении мира в себе и вокруг себя, т.е. предполагает духовное совершенствование самого себя и мира вокруг себя, что может быть достигнуто не только молитвами и скрупулезным выполнением обрядов, но и в первую очередь смирением, кротостью, добротой, милосердием, честностью, добросовестным трудом. Это в полной мере относится и к представителям духовенства.

Священнослужитель – весьма заметная в эпоху средневековья личность, взаимодействующая с большим количеством прихожан-верующих и не только совершающая профессиональные манипуляции и тем самым влияющая на них, но и своими личностными качествами оказывающая воздействие на их мысли и чувства. Требования, предъявляемые профессией к своему носителю, должны были быть реализованы каждым членом профессиональной группы; причем профессионально значимые личностные качества, необходимые священнослужителю, должны быть воспитаны в нем.

Первый дошедший до нашего времени трактат о поведении был написан испанским священником Педро Альфонсо и назывался “Disciplina clericalis” (“Воспитание духовенства”). В этой книге, которую можно условно рассматривать как учебное пособие по профессиональной этике и этикету, излагались не только этические требования к личности, но и элементы этикета: правила поведения за столом, порядок приема гостей и посетителей, ведения беседы с ними и т.п.

Православное духовенство, которое также можно рассматривать как профессиональную группу, основывалось в своих профессиональных действиях и отношениях как на требованиях Нового Завета, так и на трудах православных религиозных деятелей[26]. Этико-аксиологические идеи, изложенные в их трудах (или в записях, сделанных их учениками и слушателями), имеют самое непосредственное отношение к повседневной профессиональной практике священнослужителей всех рангов. В них не только изложена своеобразная теория, но и даны четкие указания, каким образом она должна быть воплощена в практике. Священнослужитель, как следует из текстов, не только формально должен именовать себя пастырем народа, но и в действительности заботиться о его благе, в первую очередь, духовном. В частности, от священника и монаха требуется не только знать заповедь милосердия, но и вполне конкретно заботиться об убогих, нищих, страждущих, оказывая им адекватную материальную и моральную помощь.

Вместе с тем именно эта профессиональная группа – духовенство – пожалуй, раньше и ярче других продемонстрировала феномен «двойной морали»: смирение и скромность на словах, распущенность и разнузданность в поступках; непримиримость в отношении грехов «мирян» и снисходительность к своим прегрешениям.

Широкое распространение в период средневековья писаных и неписаных уставов и кодексов говорит об осознанной потребности в регламентации поведения и действий специалистов. Этот период характерен тем, что профессиональная группа представляла собой, как правило, профессионально-территориальную группу, что вполне объяснимо: в период средневековья специалисты не могли рассчитывать на регулярное общение и взаимодействие с коллегами в другом регионе, поскольку коммуникативные возможности общества были недостаточно развиты; централизованность управления жизнедеятельностью общества также была недостаточной (т.н. «феодальная раздробленность»). Она в то же время являлась и профессионально-сословной по преимуществу: например, недворянин практически не имел шансов стать рыцарем[27]. Пожалуй, только духовенство, подчинявшееся единому центру (Риму – католическое, Москве - православное) и поэтому лучше организованное, иерархизированное представляло собой профессиональную группу, не связанную жестко территориальными рамками.

Существовали в период Средневековья и светские кодексы и руководства. В России долгий период роль светского руководства по этике и этикету с середины XVI века играл “Домострой”, авторство которого приписывается монаху Сильвестру. Воспитание на Руси изначально было направлено прежде всего на совершенствование качеств личности; при этом правила поведения, т.е. этикет, являлись отражением содержания личности, ее духовности. “Домострой”, являясь в первую очередь этическим кодексом, и затем уже кодексом поведения, представляющим собой “обрядник всего, что делать и как жить”, устанавливает правила взаимоотношений людей и требует точного и строгого соблюдения порядка жизни и отдельных ее циклов и элементов. “Домострой” охватывает практически все стороны жизни и содержит правила воспитания детей, приема гостей или поведения во время пребывания в гостях, правила проведения различных церемоний - свадеб, похорон и т.д..

Касается он и форм профессионального поведения - например, поведения слуг, торговцев и т.п. в определенных профессиональных ситуациях. Особое внимание в “Домострое” уделяется аккуратности, опрятности одежды, чистоте и уюту помещения. Как свод правил поведения, “Домострой” предписывает вежливость, кротость, послушание и уважение к старшим (в том числе и по чину) и умеренность во всем. “Домострой” содержит и обобщенные предписания по отношению к профессиональной деятельности независимо от ее специфики: всякое дело надо делать “...с молитвою и с доброй беседою или с молчанием...”, а не “...со смехом, скверными и блудными речами...”[28]. Видно, что, по мнению автора, профессиональная деятельность требует ответственности, серьезности, добросовестности. Таким образом, с древнейших времен в России развитие этики, по примеру античного мира, шло в неразрывной связи с развитием этикета, объединенными по принципу “разумно - нравственно - красиво”[29]. Профессиональная мораль первоначально не различалась с обыденной, лишь гораздо позднее выделившись в относительно обособленную сферу знаний и практики.

Характерно, что в этот период становления профессионально-этических систем в кодексах практически нет упоминания об аксиологических основаниях деятельности в современном понимании (т.е. о ценности человека как цели и смысле профессиональной деятельности), хотя  ценности профессии и профессиональной группы показаны, как правило, хотя и в неявном виде, но достаточно ярко. И это не только потому, что аксиология как относительно самостоятельная область знания сложилась позднее и слово «ценность» еще не являлось философской категорией. Дело в том, что профессиональная деятельность, будучи по существу открытой системой уже потому, что ее конечный продукт потреблялся в основном вне ее, все же стараниями членов профессиональной группы максимально «замыкалась» в себе самой целым рядом ограничений, субъективных и объективных. Поэтому в этот период профессиональная этика может именоваться скорее этикой корпоративной, будучи довольно замкнутой системой,  преследующей в первую очередь цели корпорации (и в этих целях регулирующей поведение, отношения и деятельность членов профессиональной группы между собой), и только во вторую – интересы конкретных потребителей результатов профессиональной деятельности.

Потребность в кодификации профессиональной деятельности в тот период была неодинаковой для различных профессиональных групп, как и ранее. Помимо причин, называвшихся ранее, следует отметить еще две. Это, во-первых, публичность, визуальность профессии, привлекательность ее внешней атрибутики, благодаря которой члены профессиональной группы были постоянно на виду, в центре внимания сограждан и поневоле обязаны были заботиться о соответствии ожиданиям сограждан, их представлениям о личностном облике представителя профессиональной группы. Это обстоятельство требовало уделять большее внимание внешней стороне поведения, этикету, нежели собственно содержанию, его моральности, которое при желании может быть скрыто от посторонних глаз. И это, во-вторых, идеология и философия профессиональной деятельности (например, религиозная), требующая от члена профессиональной группы наличия и реализации личностных качеств, приближающих его к профессионально-этическому идеалу.

Значительный вклад в становление профессиональной этики и соответствующей ее кодификации внес в ХVIII -  ХIХ веках английский философ-утилитарист Иеремия Бентам (1748-1832гг.). Термин “деонтология” (от греч. deon – долг, deonthos - должный) был введен им в научный лексикон для обозначения учения о долге и должном поведении, поступках, образе действий и мышления. Исследуя место и роль морали в жизнедеятельности человеческого общества, И. Бентам сделал вывод о том, что она, как и законодательство, является способом регуляции человеческого поведения с целью обеспечения счастья, благополучия и пользы наибольшему числу людей посредством приведения поведения каждого в соответствие с представлениями об общем благе и пользе[30]. Первоначально И. Бентам вкладывал в понятие «деонтология» довольно узкий смысл, имея в виду прежде всего долг и обязанности верующего перед Богом, религией, религиозной общиной, но затем расширил и употребил его для обозначения теории морали в целом («Деонтология, или наука о морали»). Вскоре термин “деонтология” начал применяться философами несколько в ином, более специфическом смысле - он стал использоваться для обозначения учения о должном поведении, поступках и действиях любой личности или группы как части учения о морали вообще. Таким образом, сегодня деонтология как учение о долге и должном поведении рассматривается как важнейшая составная часть учения о морали – этики. И в то же время деонтология имеет место в любых частных этических учениях, рассматривающих проблемы долга и должного поведения людей вообще и их различных объединений, а не только верующих по отношению к их религиозным обязанностям. Деонтология позднее стала различаться с аксиологией - учением о ценностях.

В настоящее время термин «деонтология» используется довольно широко и в профессиональной этике для обозначения теории о долге и должном поведении специалиста в процессе выполнения им профессиональных обязанностей. Именно в этом значении он используется и в профессионально-этических учениях. В целом содержательно деонтология представляет собой систему смыслов, понятий, норм, установлений и предписаний о долге специалиста, коллектива конкретного учреждения и совокупной профессиональной группы перед обществом и государством, своей профессией как специфическим видом профессиональной деятельности вообще и особым социально-профессиональным институтом, перед коллегами, клиентами (потребителями конечного продукта деятельности) и перед самим собой. В настоящее время трудно найти профессионально-этическое учение или профессионально-этический кодекс, в которых не были бы раскрыты проблемы долженствования специалиста, его ответственности за результаты, содержание деятельности.

Деонтология в профессионально-этическом учении занимает центральное место, однако в зависимости от вида, содержания профессиональной деятельности «доля» формального долженствования может быть различной. Очевидно, что чем большую социальную значимость имеют результаты профессиональной деятельности и чем больше влияние профессиональной деятельности на судьбу, благополучие общества и конкретных личностей, тем большая часть поведения, отношений и деятельности специалиста может регулироваться с помощью деонтологических принципов.

Еще одна важнейшая составляющая профессионально-этического учения – аксиология профессиональной деятельности (праксеология), или учение профессионально значимых ценностях. Начало аксиологии как науки связано с именем немецкого философа Р.Г. Лотце (1817-1881), впервые введшим в научный лексикон понятие «значимости» (ценности). В настоящее время аксиологические исследования посвящаются вопросам происхождения и типологии ценностей, их разнообразным изменениям в связи с изменением условий жизнедеятельности человека, факторам, влияющим на содержание, иерархию ценностей, влиянием ценностей на жизнедеятельность человека и общества и т.п. Однако различные группы ценностей, в связи с многозначностью и широкой представленностью ценностей в человеческой жизнедеятельности, изучаются не только аксиологией. Например, этические ценности изучаются этикой, эстетические ценности – эстетикой, культурные – культурологией, экономические (материальные) - экономикой и т.д. Большое значение имеют исследования в области праксеологии – учении о ценностях практической деятельности человека или, более узко, ценностей профессиональной деятельности, поскольку системы профессиональных ценностей играют существенную роль в формировании и поддержании смысла профессиональной деятельности.

Праксеология сегодня – признанная, важнейшая часть профессиональной этики. В каждом конкретном профессионально-этическом учении значительное внимание уделяется выявлению, обоснованию профессиональных ценностей. В каждом профессионально-этическом кодексе можно найти раздел или пункт, в котором представлено содержание профессионального долга.

Видно, что становление профессионально-этических учений прошло длительный путь. Этот путь включает в себя этапы, характеризующиеся наличием разрозненных этических требований, внесенных в различные регламентирующие документы и рекомендации, ознаменованные появлением первых целостных документов этико-этикетного характера, появлением первых профессионально-этических идей и теорий. В различных сферах деятельности временные рамки этих этапов могут не совпадать, что по большей части обусловлено спецификой профессиональной деятельности и, соответственно, потребностью в ее профессионально-этической кодификации. Потребность в создании специфических систем морали - кодексов - для различных сфер профессиональной деятельности не одинакова и в настоящее время. Особо остро она ощущается тогда, когда деятельность специалистов направлена непосредственно на человека, когда человек является объектом деятельности, причем степень индивидуализации труда специалиста высока.

Обращение в настоящее время представителей различных профессиональных групп к проблемам этизации профессиональной деятельности неслучайно. Профессиональная деятельность человека не только специализировалась и усложнилась многократно, но и во многом стала иной. Например, деятельность современного специалиста в некоторых видах профессиональной деятельности оказывает влияние не только на непосредственного потребителя конечного продукта деятельности, но и на все общество, человечество. Понятна озабоченность представителей таких профессиональных групп проблемами повышения ответственности специалиста за то, что и как он делает. Для сегодняшнего специалиста недостаточно быть ответственным за успешность выполнения только той операции или иной части деятельности, которую он осуществляет лично. Тщательное и ответственное выполнение одной только операции еще не гарантирует успеха деятельности в целом. Если специалист участвует в совокупном процессе деятельности, он должен быть ответственным хотя бы отчасти и за конечный результат и, возможно, за то, каким образом этот результат будет использован – во благо человека или во зло.

В настоящее время можно видеть, что специалисты самых различных сфер профессиональной деятельности обращаются к проблемам профессиональной этики. Огромное количество специальной литературы посвящено изучению, обсуждению, выявлению профессионально-этических проблем. И практически везде подчеркивается, что в настоящее время от действий каждого конкретного специалиста порой зависят, и очень существенно, судьба и жизнь человека, а иногда и судьбы общества и человечества.

Профессионально-этическая регуляция деятельности становится необходимой и осознается как таковая, когда от решений, действий специалиста зависит судьба человека и человечества, но любые неэтические способы регулирования бессильны. В этом случае моральная ответственность специалиста и профессиональная мораль вообще имеет огромное значение, т.к. нравственность представителей таких профессий, их отношение к выполнению профессионального долга, во многом определяют качество их работы и конечный результат. Однако для выработки привычного в рамках профессиональной этики поведения необходима предварительная работа по выявлению, систематизации, анализу и формулированию, взаимному согласованию содержания конкретных норм и правил, обоснование этического кодекса и его легитимизация.

4. ПРОБЛЕМЫ КОДИФИКАЦИИ

ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИХ СИСТЕМ

Осознаваемая потребность в кодификации профессионально-этических систем для различных сфер профессиональной деятельности неодинакова, так же как неодинаково явной является их потребность в этико-аксиологическом регулировании. Этико-ценностное регулирование поведения, отношений и действий каждого специалиста, как и совокупной профессиональной группы, может осуществляться различными способами.

Так, например, существующие и легитимизированные в конкретном профессиональном сообществе правовые, организационные, технологические и иные механизмы содержат в себе в неявном виде и этико-аксиологические компоненты, регулирующие поведение специалистов. Любой вид профессиональной деятельности регламентируется законодательством, положениями, должностными инструкциями работников и прочими документами, легитимизирующими и устанавливающими определенные рамки для его деятельности. Но нормативно-правовые акты лишь в незначительной степени и зачатую лишь формально могут обусловить этичность поведения специалиста. Технологическая карта способна обусловить рациональность и последовательность действий специалиста и гарантированно приведет его к желаемому конечному результату (по крайней мере, формально), но отнюдь не может гарантировать тех отношений между участниками процесса деятельности, которые могут способствовать оптимизации этого результата. Само содержание и смысл профессиональной деятельности оказывают определенное, хотя и не всегда очевидное, влияние на поведение, отношения и деятельность специалиста, если тот интересуется не только выполняемыми лично им приемами и процедурами, но и деятельностью в целом. Однако такого неявного влияния, как известно, оказывается недостаточным в целом ряде случаев.

Это не значит, конечно, что, регламентируясь лишь административно, юридически и технологически, профессиональная деятельность проходит вне этических норм. Речь идет лишь об отсутствии их внешней, официальной кодификации. Субъектами любого вида профессиональной деятельности являются люди, и это означает, что по крайней мере основные нормы общественной морали им известны и признаются как необходимые в общении и взаимодействии. Эти же нормы могут распространяться ими и на специфические виды деятельности, в том числе на профессиональную деятельность. Вполне вероятно, что специфика конкретного вида деятельности потребует уточнения ряда норм, особого их прочтения и толкования, и такая работа спонтанно и зачастую неосознанно специалистами будет осуществляться. Таким образом начнет формироваться особая, профессиональная мораль, нормы и принципы которой в гораздо большей степени, чем общие, будут отвечать сущности и содержанию профессиональной деятельности. Однако при этом не исключено, а скорее, даже весьма вероятно, что на первых этапах своего формирования профессиональная мораль будет носить противоречивый характер; нормы, ценности и другие элементы, включаемые в нее, не в полной мере будут соответствовать смыслу и сущности профессии и т.п. Лишь позднее профессиональная мораль станет тем, чем ей должно быть: стройной и строгой системой, включающей в себя все необходимые элементы и ни одного лишнего; все ее элементы будут находиться в тесной функциональной взаимосвязи, и в основе этой взаимосвязи будут лежать смысл и сущность профессиональной деятельности.

Такие «ошибки роста» естественны. Ни одна из сфер профессиональной деятельности, где формирование профессиональной морали происходит именно таким образом, «снизу», не может этих ошибок избежать. Однако эти ошибки могут причинять вред и профессии, и людям, так или иначе имеющим к ней отношение. Поэтому, конечно, весьма желательно, чтобы период «проб и ошибок», интуитивного поиска истины был сокращен до минимума.

Возможен и иной вариант формирования профессиональной морали, «сверху». Он может иметь место тогда, когда ряд представителей профессиональной группы, хорошо знающих все глубинные пласты своей профессиональной деятельности, осознает, что их профессия – особая, и в силу своей специфики нуждается в особого рода регламентации – профессионально-этической. Тогда возникает мысль о введении профессионально-этического кодекса и начинается его разработка.

Довольно частым является и такой вариант: узнав, что специалисты смежных отраслей вводят у себя профессионально-этические кодексы, представители профессиональной группы, исходя из разных посылок, решают, что и им это может быть полезным.

Несомненно, что введение профессионально-этического кодекса вреда профессиональной деятельности не принесет, однако он может и не принести дополнительной пользы, если в профессиональной деятельности вполне достаточно общеморальных норм и принципов. Само стремление иметь в своей профессии профессионально-этический кодексов означает стремление специалистов принимать решения и действовать, исходя из принятых ими этических норм в повседневной практической деятельности. Недостаточно оправдывает себя, как уже говорилось ранее, и опора на общественную мораль, поскольку в отдельные периоды развития общества она может быть неприемлема в целом ряде видов профессиональной деятельности. Но необоснованное введение кодекса может скомпроментировать саму идею профессионально-этической кодификации и осложнить отношения между специалдистами. Поэтому, прежде чем приступить к кодификации профессиональной деятельности, профессиональной группе в первую очередь следует решить вопросы: необходима ли для их вида профессиональной деятельности специфическая профессионально-этическая система и почему она необходима? Может ли она существовать именно как специфическая профессионально-этическая система? Что конкретно она может дать потребителям конечного продукта деятельности, самой профессиональной группе, профессии, обществу, государству? Иначе говоря, прежде чем приступать к разработке кодекса, следует заняться обоснованием необходимости этой работы.

Если профессиональная группа, обсудив эти вопросы, приходит к выводу, что введение профессионально-этической системы и ее соответствующая кодификация способствует в целом оптимизации деятельности, можно приступать к работе.

Можно в целом отметить, что в настоящее время интерес к профессионально-этической регламентации деятельности существенно возрос. Среди основных причин этого явления следует отметить следующие:

осознание и признание человека высшей ценностью современной цивилизации. Если человек является высшей ценностью, то логично еще раз сделать вывод, что любой вид профессиональной деятельности существует для человека – для того, чтобы удовлетворять его разнообразные и все возрастающие потребности. При этом, конечно, каждый вид профессиональной деятельности достигает этого характерными для него, специфическими способами и методами в пределах своих своих функциональных возможностей;

настоятельная необходимость выхода за узкопрофессиональные рамки, потребность в масштабном осмыслении места и роли профессиональной деятельности в жизнедеятельности общества и человека. Это влечет за собой расширение практики этического подхода как одного из наиболее универсаальных к оценке результатов деятельности, учета не только частных, но и всеобщих, не только ситуативных, но и перспективных результатов и их последствий[31]. Это означает, что критерии добра и зла для человека и общества (а не только соответствия конкретного результата конкретному заданию) должны расширить сферу своего применения, стать естественными и привычными как наиболее универсальные;

 повышение требований к профессионализму специалистов. Профессионализм, как известно, подразумевает наличие знаний, умений и навыков, имеющих не только узкотехнологическую значимость, но и профессионально обусловленный и значимый стиль мышления специалиста, т.е. умение видеть и оценивать не только себя, свою деятельность и ее результаты, но и профессиональную деятельность в целом, а также в неразрывной связи с деятельностью и состоянием смежных отраслей, всего общества. Иначе говоря, в современном понимании профессионал – это специалист, сочетающий в себе как специальную, так и социальную компетентность в самом широком смысле;

необходимость повышения ответственности специалистов как за непосредственные, прямые, так и за за непрямые, отдаленные результаты их деятельности[32].

Одним из проявлений тенденции привнесения оценки профессиональной деятельности с позиций этических норм и ценностей является стремление научных работников и практиков, занятых в конкретных сферах профессиональной деятельности, разработать собственные профессионально-этические кодексы, которые регламентировали бы их деятельность, поведение и отношения, возникающие в процессе деятельности и способствовали бы формированию личности специалиста с точки зрения требований сущности и содержания профессии посредством профессиональной морали. А профессиональная мораль, как известно, требует от специалиста поведения, отношений и действий, нацеленных на высокий социально значимый конечный результат.

Именно необходимость регулирования поведения и действий специалиста в целом и в отдельных, частных случаях обусловливает необходимость разработки и введения профессионально-этического кодекса как решающего фактора, дающего возможность детерминировать, регулировать и оценивать деятельность специалиста и в каждом конкретном случае, и в целом. Это, в свою очередь, может служить гарантом всеобщности, универсальности и необходимости этико-аксиологического подхода к формированию, регулированию и оценке деятельности профессиональной группы и профессиональной деятельности, места и роли профессиональной деятельности в жизнедеятельности общества. Направленность научной мысли в этом направлении имеет ничуть не меньшую значимость, чем сам факт разработки профессионально-этического кодекса.

Само появление профессионально-этических кодексов в различных сферах деятельности означает стремление специалистов принимать решения и действовать, исходя из принятых ими ценностей и этических норм, выполнять не только профессиональные обязанности, но и профессиональный долг, готовность нести не только юридическую, но и моральную ответственность. Опора на общественную мораль, ценности и нормы, реально функционирующие в обществе, как уже говорилось ранее, недостаточно и далеко не всегда оправдывает себя, поскольку в отдельные периоды развития общества мораль может иметь явно антигуманный характер.

Несмотря на то, что профессионально-этические императивы практически в каждой сфере деятельности длительное время не конституируются, если профессиональная мораль формируется «снизу», их документальное оформление и сведение в профессионально-этический кодекс начинается, как правило, не с нуля. То же самое можно сказать и в случае, если профессиональная мораль начинает формироваться «сверху». Даже если профессиональная деятельность совсем молода, то зачастую она ранее существовала как одна из форм деятельности обыденной, или была сформирована как направление в деятельности более широкой и т.п. Поэтому вне зависимости от вида конкретной профессиональной деятельности можно выделить общие с другими видами деятельности истоки ее профессионально-этической системы. Это значит, что у специалистов, приступающих к разработке кодекса, имеется несколько довольно надежных морально-этических источников, из которых можно черпать основные идеи, адаптируя их к специфике профессиональной деятельности.

Во-первых, современное человечество признает в качестве высшей базовой ценности человека вне зависимости от его физического, профессионального, социального, религиозного, материального и др. статуса. Каждый индивид, согласно Всеобщей Декларации прав человека, принятой Организацией объединенных наций в 1948 году, обладает правами на жизнь, достойную человека, на труд, отдых, образование, охрану здоровья, социальную защиту и другими. Причем право на жизнь, достойную человека, наряду с безусловным правом на жизнь, является одним из важнейших. Несомненно, что право на жизнь, достойную человека, включает в себя и остальные права - на труд, на отдых, на образование, охрану здоровья, социальное обеспечение в случае нетрудоспособности, на развитие, самореализацию и счастье, защиту чести и достоинства и т.д.. Иными словами, человечество признает за каждым человеком право на благополучную жизнь, максимальное развитие всех его способностей.

Любая деятельность, как уже неоднократно подчеркивалось, существует лишь потому, что ее конечный продукт – товар или услуга – нужен людям. Он удовлетворяет определенную потребность (или группу потребностей) как отдельного человека, так и всего общества. Значит, благодаря конечному продукту деятельности каждой из сфер и отраслей материального и нематериального производства жизнь человека становится более комфортной, безопасной, стабильной, как и жизнь всего общества. Можно сделать вывод, что профессиональная деятельность, удовлетворяя определенные потребности человека и общества, содействует реализации права человека на достойную жизнь, а значит, реализации его права быть свободным, независимым, счастливым, развиваться в избранном направлении, реализуя свои способности во благо самого себя и всего общества. Иными словами, каждая профессиональная деятельность, как бы ни выглядел ее конечный продукт, содействует реализации ценности человека и общества и содействует достижению ими блага.

Во-вторых, в период бурного развития и становления профессиональной деятельности неизбежно возникает огромный интерес к изучению ее истории. Изучая историю профессиональной деятельности, исследователи получают данные об истоках, основных ее направлениях и целях, внешних проявлениях, формах и содержании, о мотивации деятельности представителей разных уровней профессиональной группы, о тех моральных нормах и принципах, которыми первоначально стихийно, инстинктивно руководствовались люди, выполняя сначала обыденные, а затем профессиональные действия, об основных формах организации деятельности, которые с течением времени становились традиционными, бережно хранимыми специалистами и передаваемыми из поколения в поколение. Уважение к традициям, учет позитивного опыта поколений мастеров прошлого и специалистов современности делает профессиональную деятельность богаче, позволяет избегать ошибок и видеть ее как сущностную составляющую деятельности общества и государства, естественным образом сформировавшуюся и выделившуюся в отдельный вид на определенном этапе развития общества, науки, техники. В этом смысле моральные установки представителей предшествующих поколений специалистов играют значительную роль.

В-третьих, несмотря на отмечаемое многими исследователями падение духовности и нравственности современного российского общества вследствие коренного изменения условий жизнедеятельности, национальный характер - это то качество народа, которое формируется тысячелетиями  и в наименьшей степени (например, по сравнению с менталитетом или психологией) подвержено изменению. Российский народ всегда и всеми, начиная еще с первых дошедших до нас свидетельств восточных путешественников и торговых людей, и до сегодняшнего дня, характеризовался как народ трудолюбивый, находчивый, упорный, смекалистый и в то же время добрый, отзывчивый, склонный к коллективизму и альтруизму. То, что русский человек всегда, в самых сложных обстоятельствах способен творчески подходить к своей деятельности и гордиться ею, проявлять широту души и щедро делиться достигнутым, приязненно относиться к собратьям по ремеслу (несмотря даже на конкуренцию) можно считать особенностью национального менталитета и характера. Национальный характер может лишь до некоторой степени подавляться под влиянием обстоятельств, но быть искорененным полностью или замененным каким-либо другим не может.

Отмечаемая специалистами в области истории экономики склонность к ведению экономической деятельности в группе в сочетании с уже упомянутыми чертами национального характера тоже, видимо, играет определенную роль. Можно сделать вывод, что в профессиональной деятельности реализация этих черт вполне реальна и даже неизбежна, хотя и приобретает специфический характер.

В-четвертых, специалисты любой сферы деятельности, формируя представления о своей профессиональной деятельности как специфическом виде профессиональной деятельности вообще, имеют возможность ознакомиться с опытом своих коллег - специалистов зарубежных стран и специалистов смежных отраслей, обладающих не только апробированными технологиями, условиями и средствами деятельности, но и зачастую соответствующими этическими традициями и стандартами, регламентирующими их деятельность. Эти этические стандарты складывались и затем конституировались в соответствии со спецификой деятельности в различных сферах и разных странах, наличием определенных традиций и потребностей в различных видах конечного продукта. Несомненно, что наиболее общее и положительное в национальных профессионально-этических системах может и должно быть использовано в российской действительности. Изучение опыта специалистов смежных областей может подсказать, в каком именно направлении следует осуществлять поиск наиболее рациональных подходов к формированию собственного профессионально-этического кодекса.

В-пятых, почти каждый вид профессиональной деятельности в современной России переживает кризисные явления на фоне системного кризиса, разразившегося в стране в результате экономического реформирования и сопутствующих ему процессов и явлений. Главная задача каждого вида профессиональной деятельности в современной России - реализовать в очень сложных и противоречивых условиях периода радикального реформирования экономики и общества основной принцип гуманизма - не только признавать на словах, но и на деле относиться к человеку как к высшей ценности, а его благо считать целью общественного развития и целью профессиональной деятельности. Гуманизм в современном понимании требует относиться к человеку как к цели, а не только как к средству достижения определенных целей (в отличие от рыночной экономики) и утверждать это отношение в социальной и профессиональной практике. Это значит, что в решении проблем собственного выживания, выживания профессии и профессиональной деятельности не следует забывать о человеке вообще, в частности, о том человеке, для которого и благодаря которому и существует данная профессиональная деятельность.

В-шестых, специалисты, приходящие в профессиональную деятельность, привносят в свою деятельность собственные системы ценностей, сформировавшиеся под влиянием социальной действительности, жизненного опыта, прошлого профессионального опыта, быть может, совершенно не связанного с нынешней деятельностью. Это в полной мере относится и к специалистам, занятым изучением профессионально-этических проблем. Человеческий фактор в профессиональной деятельности, как бы автоматизирована она не была, неустраним, поскольку в конце даже самой сложной и разветвленной технологической цепочки все-таки оказывается человек, ради которого все делается. Важнейшим звеном этой же цепочки является человек – специалист, от которого зависит успешность профессиональной деятельности. Следовательно, правомерно говорить, что личностные ценности специалистов также играют определенную роль в формировании профессионально-этической системы и ее внешних проявлений.

Таким образом, на основании вышесказанного можно сделать вывод, что в основе профессионально-этического кодекса каждого отдельного вида профессиональной деятельности в нашей стране лежат шесть основных источников:

- общечеловеческие ценности;

- аксиологические и этические традиции профессиональной деятельности;

- ценности современного российского общества;

- ценности и этические нормативы специалистов зарубежных стран и смежных профессиональных областей;

- специфические ценности и мораль современного российского общества;

- личностные ценности и идеалы специалистов, их индивидуальные нормы и принципы.

О том, как приступить к разработке профессионально-этического кодекса и в какой последовательности осуществлять действия, говорится в главе 5. В этой же главе целесообразно проанализировать некоторые типовые проблемы, возникающие при введении профессионально-этических кодексов в профессиональную практику.

Одна из таких проблем заключается в том, что в настоящее время не удастся, пожалуй, найти такой отрасли или учреждения, где работали бы только лишь представители одной профессии. В медицинских учреждениях работают инженеры, обслуживающие сложнейшее оборудование, в образовательных учреждениях работают врачи, в школах – психологи, на промышленных предприятиях - социологи и т.п. Иными словами, в любом специализированном учреждении могут быть довольно широко представлены, наряду со специалистами «основной» профессии, и представители других профессий, пусть не настолько многочисленные, но без которых, тем не менее, деятельность учреждения вряд ли будет возможной (например, в больнице – электрики, сантехники и т.д.). Возникает вопрос: может ли и должен ли принятый профессионально-этический кодекс распространяться на всех работников данного специализированного учреждения?

Ответ однозначен: не может и не должен. Профессионально-этический кодекс принимается профессиональной группой, а не отраслью и не учреждением. Неверно думать, что инженер, или психолог, или повар в больнице должны давать клятву Гиппократа и подчиняться профессионально-этическому кодексу врача – они не врачи. И в то же время вполне может ощущаться насущная необходимость этического регулирования поведения этих специалистов в интересах больных.

Решение может быть, например, таким. В настоящее время практически каждое учреждение функционирует на основе некоего нормативно-правового акта, регламентирующего в основных чертах его деятельность и делающего вполне правомерными определенные требования к сотрудникам данного учреждения. Это Устав учреждения или Положение об учреждении. Если есть необходимость этико-аксиологического регулирования поведения, отношений и действий специалистов всех профессий, работающих в данном учреждении, в этом документе может быть предусмотрен раздел, в котором такие требования изложены.

При введении такого раздела в Устав или Положение следует учитывать, что специалисты других профессий (представители других профессиональных групп) могут располагать своими профессионально-этическими кодексами, требования которых обязательны для них. Поэтому, выдвигая требования к поведению, отношениям и действиям специалистов «неосновного» профиля, следует придерживаться наиболее общих формулировок, не противоречащих ни одному из профессионально-этических кодексов, с которыми, безусловно, следует предварительно ознакомиться.

Более того, если проблема поведения, отношений и действий каждого человека, пребывающего в данном учреждении, стоит очень остро, могут быть разработаны и утверждены «правила поведения» или «правила внутреннего распорядка» для посетителей или лиц, временно или на постоянной основе находящихся в данном учреждении. Например, это могут быть для правила внутреннего распорядка проживающих в пансионате для ветеранов, или правила поведения для родственников пациентов в больнице, или для покупателей в магазине, или другое. При этом, конечно, следует помнить, что указанные категории граждан – проживающие, посетители и т.п. - не представляют собой профессиональной группы, и поэтому от них можно потребовать лишь соблюдения общеморальных норм и правил. Такие «правила поведения» или «правила внутреннего распорядка» не будут носить характера профессионально-этического кодекса, а станут скорее лишь напоминанием каждому о необходимости вести себя достойно в стенах учреждения и вне этих стен.

Может возникнуть и другая проблема. Она заключается в том, что далеко не все члены совокупной профессиональной группы могут являться членами профессиональной ассоциации, и следовательно, решения профессиональной ассоциации специалистов, в том числе о принятии кодекса, распространяться на них не могут[33]. Решение проблемы приобщения таких членов профессиональной группы к профессионально-этическому кодексу может быть конвенциональным: с ними могут быть заключены индивидуальные соглашения от имени профессиональной ассоциации по поручению профессиональной группы о распространении на них действия принятого профессионально-этического кодекса. Разумеется, такое соглашение может быть заключено только на добровольной основе.

Еще одна проблема, связанная с кодификацией профессиональной деятельности, связана с тем, что кодекс должен быть не только разработан и официально принят; он должен «работать», выполняя все те функции, которые ему присущи. А это не может произойти «автоматически», быть обусловлено одним только фактом наличия кодекса. Важная задача специалистов в этой связи состоит в том, чтобы, во-первых, донести до каждого специалиста идею значимости кодекса, и, во-вторых, провести разъяснительную работу по содержанию кодекса и его отдельных положений.

Работа в этом направлении должна быть начата с разъяснения членам профессиональной группы смысла, сущности и содержания профессии, ее места и роли в обществе. Это будет далеко не лишним, поскольку, как показывает практика, далеко не каждый специалист может исчерпывающе ответить на вопросы о своей профессии, особенно если спектр его индивидуальных профессиональных функций неширок. Нелишним будет напомнить, что источником любой профессиональной деятельности являются человеческие потребности, т.е. потребности всего общества, его членов - непосредственных потребителей конечного продукта деятельности и только в последнюю очередь – потребности членов профессиональной группы в реализации своих личностных потенциалов в данной профессиональной деятельности.

Следующий шаг должен доказать членам профессиональной группы, что введение профессионально-этического кодекса – вовсе не прихоть группы разработчиков, а реальная необходимость, связанная как с потребностями клиентов профессии (а тем самым – и с потребностями всего общества), но и с потребностями самой профессиональной группы, которая, безусловно, заинтересована в повышении качества работы. Здесь уместно будет дать информацию об общей этике и морали, профессиональной этике и морали и, наконец, этике и морали данной профессиональной сферы и профессионально-этическом кодексе, его целях и задачах, основных функциях, ожидаемом от его введения результате.

После всего этого целесообразно значительное время посвятить изучению самого профессионально-этического кодекса.

Профессионально-этический кодекс, при всей его относительной простоте и доступности для понимания, может оказаться не столь простым для выполнения. И дело не только и не столько в том, что некоторые специфические философские и этические термины и категории затемняют для неспециалистов в области философии смысл его императивов. Как показывает анализ действующих профессионально-этических кодексов, специалистам-разработчикам, как правило, удается избежать избыточной терминологии и удержать ее в рамках профессионально привычной. Дело скорее в том, что в один и тот же этический термин различные люди будут вкладывать различные понятия потому только, что разработчики будут придерживаться в основном научного толкования термина, а пользователи – обыденного.

Примером могут служить ставшие для всех привычными и часто употребляемые в устной и письменной речи термины «этика» и «профессиональная этика». Многочисленные философские словари и словари по этике в соответствующих статьях, учебные и научные издания дают определение, согласно которому этика есть наука о морали (учение, теория), ее бытии, развитии и роли в обществе; соответственно, профессиональная этика представляет собой учение о профессиональной морали, ее бытии, развитии и роли как в профессиональной деятельности, так и в обществе. Однако общеизвестно, что в обыденном разговорном непрофессиональном языке термины  «этика» и «мораль» практически не различаются, и это неразличение порой привносится в профессиональный язык[34]. И таких примеров смешения понятий можно привести много.

Помимо этого, обязательно будет обнаруживать себя и индивидуальная интерпретация содержания различных понятий. Например, для одних людей понятие «честность» и требование быть честным будет означать запрет на ложь в любой форме и в любых случаях; для других будут допустимы исключения, которые они, конечно же, будут объяснять заботой не о себе, а о благе человека, клиента («так ему будет лучше»), полагая, что обладают объективными и исчерпывающими знаниями об этом благе и представляя, что имеют право решать за другого серьезные и мелкие вопросы без заранее предоставленных на это полномочий.

Приведенные примеры объясняют, почему для выработки общей для всей профессиональной группы профессионально-этической позиции необходимо, помимо разработки кодекса, организовать образовательную деятельность. Причем такую работу по разъяснению положений профессионально-этического кодекса (учебу специалистов) следует сделать регулярной, поскольку в профессиональную группу постоянно вливаются новые специалисты, которым может понадобиться помощь в изучении кодекса.

Серьезной может оказаться проблема признания профессионально-этического кодекса представителями руководящих органов профессиональной деятельности и органов власти.

Формальное признание может произойти без особых осложнений, поскольку потенциал профессионально-этических кодексов как средства регулирования поведения, отношений и действий известен и признается всеми. Но при этом надо иметь в виду, что «перед моралью все равны», т.е. независимо от статуса специалиста в профессиональной группе, действие профессионально-этического кодекса на него безусловно распространяется, и он должен подчиняться требованиям профессиональной морали. А вот это, к сожалению, признается не всеми.

Сложности в признании кодекса могут возникнуть также тогда, когда от органов власти потребуются непосредственные действия, и основанием для этих станут требования профессионально-этического кодекса.

Например, член профессиональной группы совершил проступок, несовместимый с членством в профессиональной группе, и такая оценка дана с профессионально-этических позиций компетентными и авторитетными экспертами. Попросту говоря, на основании результатов этико-аксиологического анализа действий специалиста он должен быть отстранен от профессиональной деятельности на определенный срок или бессрочно. Если законы при этом не нарушены, может сложиться двойственная ситуация. И эта ситуация может быть разрешена юридически верно только в том случае, если профессионально-этический кодекс принят с выполнением всех необходимых с точки зрения закона процедур и его легитимность отражена в других документах, в том числе не специфических для профессиональной деятельности, а носящих более общий характер[35]. Поэтому если совокупная профессиональная группа и ее профессиональная ассоциация предполагают возможность возникновения подобных ситуаций, необходимо заранее позаботиться о том, чтобы решения, принятые на основании положений профессионально-этического кодекса, были жизнеспособными и правомерными, даже если для этого потребуется усовершенствование действующего законодательства, что само по себя чрезвычайно сложно.

Отдельно может быть представлена в профессионально-этических кодексах проблема оказания населению (клиентам) платных услуг.

Платные услуги – не новость в нашем обществе. Например, и до начала экономических реформ юридические, парикмахерские, бытовые и другие услуги население приобретало за плату. Однако услуги медицинские[36], социальные, образовательные и некоторые другие были для пользователя преимущественно бесплатными и, безусловно, доступными для него. В настоящее время ситуация на рынке платных услуг изменилась; стало привычным требование оплаты медицинских и образовательных услуг, в том числе в государственных учреждениях, особенно если эти услуги не входят в Федеральный перечень. Но, став привычным, требование оплаты услуг не стало в то же время для основной массы населения выполнимым.  

Несмотря на то, что российское общество продвигается по пути рыночной экономики, в которой многие отношения могут быть условно и упрощенно представлены как отношения продавца и покупателя, в профессиональной деятельности, связанной с оказанием важнейших услуг населению (например, медицинских, образовательных, социальных) такого рода отношения могут стать серьезной проблемой, а в настоящее время – и серьезной помехой развитию общества. Действительно, в парикмахерскую в худшем случае можно не пойти, сделав некое подобие прически в домашних условиях, и никаких серьезных для человека и общества последствий не будет. Но если человек болен и не имеет финансовой возможности вылечиться, серьезные последствия неминуемы. Причем не только лично для него и его близких, но и для общества в целом: уже с 1992г. нам известно явление убыли населения нашей страны, заставляющее всерьез задуматься о вымирании нации. Не лучшие последствия будут иметь место, если молодежь не будет иметь возможности учиться: тогда надежды на лучшее, более благополучное будущее следует забыть.

Основные аспекты проблемы оказания платных услуг в психологии рассмотрены Н.Н. Пряжниковым[37]. Некоторые из его рассуждений вполне могут быть применимы к иным видам профессиональной деятельности.

Во-первых, если человек платит, то он вправе покупать то, что по закону может быть продано, даже если этот товар или услуга для него являются лишними, ненужными, а порой и вредными – покупатель может никому не объяснять, зачем ему нужна покупка, что он будет с ней делать. Всю полноту ответственности он берет на себя. Специалист, который, осознавая свою ответственность за результаты взаимодействия с клиентом, попытается высказать свою точку зрения по поводу необходимости приобретения товара или услуги, рискует быть не услышанным. И далеко не всегда он решиться высказать свое мнение, памятуя о том, что «клиент всегда прав». Очевидно, что эффективность взаимодействия неизбежно снизится, поскольку у клиента, безусловно, может не быть необходимого опыта в пользовании данными товарами или услугами. Услуга же, тем не менее, будут оказана, а товар продан. Если доход продавца прямо зависит от количества реализованных товаров или услуг, он может не только не отговаривать клиента от приобретения ненужной тому услуги или товара, но наоборот, будет стремиться уговорить клиента сделать как можно больше дорогостоящих покупок.

Во-вторых, следует разобраться, за что, собственно, платит клиент. Сфера услуг может быть условно представлена как услуга плюс внимание, которое оказывается клиенту и которое может в различных сферах выглядеть по-разному: как понимание, сочувствие, сострадание, заинтересованность и т.п.. И всегда при этом должно присутствовать доброжелательное отношение к клиенту. Что же оплачивается? Если только услуга, то неоплачиваемое сострадание или внимание, доброжелательное отношение, не входящее в прейскурант, постепенно станет формальностью, заменится профессионально безразличной маской.  Но формальным отношение к клиенту быть не должно, т.к. клиент часто приходит только и не столько за услугой, сколько за пониманием, состраданием, вниманием. Он нуждается в человеческом чувстве, а не только в технологически безупречных действиях, непогрешимых с точки зрения закона. Если же человеческое чувство тоже подлежит оплате, то как определить его стоимость и ту минимальную меру чувства, которая должна быть непременным приложением к услуге? Очевидно, что любой ответ на этот вопрос будет столь же абсурден, сколь абсурден и сам вопрос. Значит, и с этой точки зрения платность услуг может нанести ущерб и социальной сфере, и ее клиентам, и обществу в целом.

В-третьих, какой должна быть плата за услуги? Несомненно, что цена услуги должна быть не менее ее стоимости, учитывать и включать в себя все возможные статьи расходов на ее оказание. Этого требует принцип справедливости. Но с другой стороны, услуга только тогда целесообразна, когда она востребована. Значит, она должна быть доступной по цене. Основное противоречие здесь заключается в том, что далеко не всегда клиент, остро нуждающийся в дорогостоящей услуге, будет платежеспособен. Снижать стоимость услуги без нарушения принципа справедливости[38] можно, как правило, только одним способом: снижая издержки, а проще говоря – снижая качество. Поэтому, с учетом вышесказанного, плата за услуги может устанавливаться либо с учетом  платежеспособности клиента, либо на основе действительной стоимости услуги. Но и тот, и другой подход могут привести к тому, что встанет вопрос о социальной справедливости и целесообразности. Наконец, какую же именно сумму следует принять за основу? Ту, которая отражает действительную стоимость услуги, или ту, которую может заплатить клиент, или же ту, которую коллеги взимают за аналогичные услуги? Если брать пример с коллег (например, из элитного негосударственного учреждения, которое, кстати говоря, не всегда демонстрирует элитное качество), то очень скоро плата за услуги поднимется, поскольку сравнению подвергнутся качество, значимость работы, ее эффективность и т.п., и вполне уместным покажется взимать равную плату за равное качество, количество и результаты деятельности. Это таит в себе опасность перерождения профессиональной деятельности из демократичного в элитарный вид, предназначенный для обеспеченных клиентов. Таким образом, профессиональная деятельность вместо выполнения конституционного положения о недопущении и искоренении дискриминации по любому из возможных признаков может стать источником дискриминации граждан по экономическому признаку. Если же, исходя из платежеспособности большинства населения, установить низкие расценки на услуги, могут возникнуть проблемы с их качеством: качество и доступность услуг (как, впрочем, и товаров) далеко не всегда сопутствуют друг другу.

Таким образом, можно видеть, что при введении профессионально-этического кодекса могут возникнуть разнообразные проблемы, и далеко не все они представлены в данной главе. Часть этих проблем может быть решена еще в процессе подготовки проекта кодекса, но некоторые из названных (и не названных) проблем могут обнаружить себя уже тогда, когда кодекс будет принят официально. Поэтому в процессе подготовки кодификации специалистам следует проанализировать ситуацию, реально существующую в профессиональной деятельности и по возможности предотвратить возникновение проблем или по крайней мере смягчить их остроту.

5. ВОПРОСЫ  МЕТОДИКИ РАЗРАБОТКИ

И СОСТАВЛЕНИЯ

ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКОГО КОДЕКСА

Итак, приступая к разработке профессионально-этического кодекса, в первую очередь необходимо учитывать, что его сущностная основа – это профессионально-этическая система. Значит, кодекс должен повторять структуру профессионально-этической системы и включать в себя ее важнейшие элементы: ценности и идеалы, принципы и нормы, долженствование и ответственность специалиста и требования к профессионально значимым качествам его личности.

При этом, конечно, профессионально-этический кодекс не должен содержать в себе все абсолютно ценности, все принципы, все правила и т.п.  Достаточно будет, если в нем будут представлены основные элементы профессионально-этической системы, в совокупности способные обеспечить такое поведение, отношения и действия членов профессиональной группы, которое с точки зрения смысла, сущности и содержания профессиональной деятельности является желаемым или по крайней мере допустимым. В то же время эти элементы в совокупности не должны лишать специалиста возможности самостоятельно принимать решение о собственном поведении, отношениях и действиях, т.е. не придавать кодексу характера документа, до мелочей регламентирующего каждый шаг специалиста.

Мелочная регламентация поведения, с одной стороны, может лишить специалиста инициативы, свободы и самостоятельности, что в конечном итоге может привести к непредсказуемым последствиям, т.к. любая профессиональная практика всегда шире и разнообразнее любого формального регламента. С другой стороны, лишая специалиста свободы выбора, кодекс тем самым снимет с него и всякую ответственность, что тоже может привести к негативному результату. Поэтому элементы профессионально-этической системы, включенные в кодекс, должны носить максимально общий характер, чтобы одна и та же ценность, принцип, требование и т.п. могли правомерно применяться независимо от конкретной ситуации, которая может сложиться в практике профессиональной деятельности. Обобщение практического опыта, абстрагирование от конкретных ситуаций может помочь специалистам при выборе этико-аксиологических элементов будущего кодекса.

В то же время обобщенный опыт практической профессиональной деятельности не всегда может дать ответ на основные вопросы: для чего и для кого осуществляется конкретная профессиональная деятельность, чьи и какие именно интересы она преследует, к какому конечному результату не конкретного действия, а совокупной деятельности как таковой стремится и т.п. На эти вопросы отвечает, как правило, теория конкретной практической деятельности. Значит, приступать к разработке и составлению профессионально-этического кодекса необходимо, зная профессиональную деятельность не только на уровне практики (конкретные ситуации, формы, содержание, направления деятельности и т.п.), но и на уровне теории (смысл, сущность, основания, место и роль в обществе, основные направления, тенденции развития и т.п.).

Досконального знания теоретических основ и специфики конкретной профессиональной деятельности также может оказаться недостаточным для разработки профессионально-этического кодекса. Исходя из того, что этика вообще и профессиональная этика в частности принадлежат к системе философского знания, для обеспечения научной философской основы профессионально-этического кодекса при его разработке необходимо опираться на фундаментальные знания в области философии и философской этики и аксиологии. Знания в этой области необходимы, поскольку профессионально-этический кодекс должен носить не только значимый для профессиональной практики характер, но и иметь научную обоснованность и ценность.

Помимо этого, при разработке и составлении профессионально-этического кодекса следует принимать во внимание еще две немаловажных его детерминанты. Одной из них являются национальные обычаи и традиции, которые могут внести определенную специфику в интерпретацию элементов кодекса. Второй детерминантой, учитываемой при разработке кодекса, могут стать рекомендации, выработанные в области профессионально-этической регламентации деятельности международной ассоциацией специалистов.

Таким образом, на содержание профессионально-этического кодекса оказывает влияние следующее:

философская этика и аксиология;

теория профессиональной деятельности и специфика профессиональной практики;

профессионально-этическая система профессиональной деятельности;

национальные обычаи и традиции;

рекомендации международной ассоциации специалистов.

Профессионально-этический кодекс, являясь отражением профессионально-этической системы, существенно от нее отличается. Он не должен включать в себя не только все элементы этой системы, но и обоснований и самой системы в целом, и каждого ее элемента. Их обоснование, объяснение есть  прерогатива философских теорий – этики и аксиологии и тех их разделов, которые посвящены профессиональной деятельности (профессиональная этика и аксиология). Профессионально-этический кодекс лишь констатирует включенность элементов в профессионально-этическую систему, подчеркивая тем самым их значимость для профессиональной деятельности, и обусловливает их императивность для представителей профессиональной группы.

Профессионально-этический кодекс должен иметь четко выраженную структуру и состоять из разделов, содержащих основные компоненты профессионально-этической системы: ценности и идеалы профессиональной деятельности, ее основные этические принципы и нормы, долженствование и ответственность специалиста, требования к профессионально-значимым качествам личности специалиста. Как видно, эти четыре раздела профессионально-этического кодекса полностью соответствуют важнейшим структурным компонентам профессионально-этической системы.

Пятый, весьма желательный, раздел – система санкций – не входит отдельным компонентом в профессионально-этическую систему, но он необходим в профессионально-этическом кодексе. Профессионально-этическая система, как и профессионально-этическое учение, может обеспечить профессионально подобающее поведение специалиста, но, к сожалению, это не всегда происходит. Являясь теоретически и стимулом, и мотивом поведения специалиста, профессионально-этическая система в то же время далеко не всегда становится тем или другим в практике. Порой необходимы дополнительные стимулы для того, чтобы специалист в реализации своей деятельности учитывал профессионально-этические императивы. К сожалению, приходится констатировать, что довольно действенным средством обеспечения подобающего поведения является перспектива понести ответственность за отступления от рекомендованных норм. В самом деле, если специалист уверен, что в случае отступления от нормативного поведения или несоответствия выдвигаемым кодексом требованиям к личностным качествам он не понесет никакой ответственности, не будет отстранен от деятельности или хотя бы не наказан, он может безбоязненно игнорировать этот документ. Поэтому введение в кодекс раздела, в котором предусмотрены как позитивные санкции, так и негативные, может усилить его действенность.

Целесообразно включить в профессионально-этический кодекс еще два раздела, придающих ему целостность и завершенность. Такими разделами являются преамбула (введение) и заключение, которые, хотя и не содержат в себе элементов профессионально-этической системы, но тем не менее вводят специалиста в ее предметное поле и обозначают его границы.

При разработке профессионально-этического кодекса в него целесообразно включить следующие разделы:

Преамбула (введение);

Требования к сущности и содержанию профессиональной деятельности (ценности и идеалы);

Требования к поведению, отношениям и действиям специалиста (нормы и принципы);

Профессиональный долг специалиста, его ответственность;

Требования к профессионально-значимым качествам личности специалиста;

Система санкций;

Условия действия и легитимизации кодекса (Заключение)

Приняв за основу такую структуру профессионально-этического кодекса, следует наполнить содержанием каждый из его разделов, начиная с преамбулы (введения).

ПРЕАМБУЛА (введение). С этого раздела обычно начинается профессионально-этический кодекс. Как введение к любому документу или научной работе, этот раздел должен выполнить одну основную функцию – ввести в проблему и обосновать необходимость ее постановки и решения. Иными словами, в преамбуле должна быть убедительно доказана необходимость разработки и принятия профессионально-этического кодекса, обоснована его полезность для профессии, а значит, и для потребителя конечного результата профессиональной деятельности – общества и человека, раскрыты основные цели и задачи профессионально-этического кодекса, области его применения. Здесь же определяются основные субъекты и объекты деятельности, а также предполагаемые результаты, которые могут быть получены благодаря введению кодекса в профессиональную практику.

Для того, чтобы обоснование разработки и принятия профессионально-этического кодекса было убедительным, следует кратко изложить основные причины, в соответствии с которыми влияние человеческого фактора на процесс и результаты профессиональной деятельности является значительным и по уровню может быть сравнимым с технологической, организационной и правовой компетентностью специалистов, организацией труда и техникой безопасности, ресурсной обеспеченностью и финансированием.

Раздел может быть начат базовым определением феномена профессиональной деятельности и ее конечного результата, что, как правило, позволяет раскрыть смысл и сущность деятельности, ее место и роль в жизнедеятельности человека и общества. После этого логичным будет перейти к специфике профессиональной деятельности и ведущей роли в ней человеческого фактора. Таким образом обосновывается необходимость этико-аксиологического регулирования поведения, отношений и действий членов профессиональной группы и выдвижения требований к их личностным качествам и, следовательно, необходимость разработки и принятия профессионально-этического кодекса как действенного инструмента, посредством которого такое регулирование может осуществляться.

Далее целесообразно изложить основные цели и задачи профессионально-этического кодекса и области его применения. Областями применения профессионально-этического кодекса являются не только специфические сферы и учреждения, где осуществляется практическая (типичная) профессиональная деятельность, но и, например, сферы и учреждения, где осуществляются научные исследования, ведется профессионально-образовательная деятельность.

Особо могут быть указаны сферы и учреждения, неспецифические для данного вида профессиональной деятельности, но в которых тем не менее работают представители данной профессиональной группы. Такое указание может быть полезным, поскольку, несмотря на общие основания, лежащие в основе практически всех этических и профессионально-этических систем, в сознании представителей профессиональных групп они могут не иметь такого значения, как их конкретные особенности, базирующиеся на специфике деятельности. В этом случае могут возникать конфликты, связанные с формальностью подхода к профессионально-этическому регулированию и выражающиеся в попытках навязать необходимость соблюдения требований «нашего» профессионально-этического кодекса представителям «чужой» профессиональной группы на том основании, что они работают в «нашем» учреждении. Включенная в кодекс констатация того, что представитель профессиональной группы, в какой бы сфере он не был занят, все же остается представителем своей профессии и совокупной профессиональной группы, дополнительно подтверждает факт распространения на него требований данного профессионально-этического кодекса. Это обстоятельство может сыграть определенную положительную роль и способствовать устранению двойственности в осознании своей даже не столько профессиональной, сколько профессионально-этической принадлежности специалиста в случае возникновения этических и аксиологических конфликтов между представителями различных профессиональных групп.

Следующий непременный раздел современного профессионально-этического кодекса представляет важнейшие профессиональные ценности как основания деятельности и идеал как конечную цель стремлений совокупной профессиональной группы.

 ТРЕБОВАНИЯ К СУЩНОСТИ И СОДЕРЖАНИЮ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ  ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ценности и идеалы). 

В этой части профессионально-этического кодекса, как правило, раскрываются основания профессиональной деятельности и представляется действующая иерархия ее ценностей. Идеал как конечная, высшая точка стремлений совокупной профессиональной группы и каждого конкретного специалиста в кодексах чаще всего формулируется более конкретно применительно к профессиональной практике и предстает как конечная цель профессиональной деятельности и деятельности специалиста.

При разработке этого раздела целесообразно исходить из того, что любая профессиональная деятельность существует и развивается лишь потому, что ее результаты нужны обществу и человеку, и существует она до тех пор, пока ее результаты будут обществом и человеком востребованы. Исходя из этого очевидного факта, можно заключить, что каждая профессия в конечном итоге служит удовлетворению потребностей и интересов общества и человека, призвана содействовать достижению ими блага теми способами и методами, которые типичны для данной профессиональной деятельности и с помощью достижения тех результатов деятельности, которые ожидаются (заказываются) обществом и человеком. Иными словами, если деятельность осуществляется во имя общества и человека (а определение высших ценностей и есть ответ на вопрос: во имя чего или кого это делается?), то именно общество и человек, их благо являются высшими конечными (терминальными) целями деятельности и, соответственно, важнейшим основанием деятельности.

Каждая конкретная профессиональная деятельность может иметь собственные представления о благе с позиций профессиональных целей и задач, объекта и предмета деятельности, используемых методов. Это естественно, поскольку понятие «благо» интегративно, и конкретная профессиональная деятельность в силу своей специализированности и специфичности не может его обеспечить в полном объеме; это под силу только совокупной деятельности общества и человечества.  Поэтому вполне правомерно расшифровать, что конкретно понимается под благом, т.е. выделить тот его аспект, который собственно и является предметом деятельности. Например, это может быть здоровье, безопасность, защищенность, справедливость, образованность и т.п.

Нужно иметь в виду, что при проработке этого раздела и его пунктов не следует в одном ряду (в одном тезисе, императиве) объединять ценности терминальные (ценности-цели) и ценности инструментальные (ценности-средства), которые используются в профессиональной деятельности для достижения целей.

Например, если в качестве ценности-цели утверждается здоровье человека, то ценность медицинского обслуживания (или санитарного просвещения, профилактики и т.п.) не следует помещать здесь же, поскольку медицинское обслуживание, несомненно представляющее собой ценность, все же является одним из инструментов, с помощью которого может быть достигнута цель деятельности – здоровье человека. Инструментальные ценности, как известно, имеют ранг низший по сравнению с терминальными и, смешивая их, можно получить результат, обратный желаемому. Неверно сформулированный тезис, в котором цель и средство ее достижения находятся в одном ряду, будет не только провозглашать инструмент целью, но и определять ее как самоцель. При этом действительная, истинная цель деятельности может войти в противоречие с самоцелью и быть уничтоженной ею[39].

Аналогичным образом обстоит дело и с идеалом, если он формулируется в этом разделе. Идеал может быть, например, представлен как гипотетическое совершенное состояние предмета деятельности, именно поэтому он и является одновременно ее высшей ценностью, высшей целью и конечной точкой стремлений. Принципиальная недостижимость идеала (у совершенства нет границ и совершенствованию нет пределов) подразумевает ответственный подход к его формулированию в таком конкретном документе, как профессионально-этический кодекс. В частности, более целесообразным представляется выдвижение и формулирование промежуточного идеала, который, хотя и потребует значительных усилий для своего достижения, все же не будет выглядеть совсем уж фантастическим[40].

Следующий раздел кодекса, согласно принятой структуре, должен содержать основные принципы и нормы, которыми специалисты должны руководствоваться в своей повседневной практической деятельности.

 ТРЕБОВАНИЯ К ПОВЕДЕНИЮ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СПЕЦИАЛИСТОВ (принципы и нормы). 

Поведение и действия специалистов должны соответствовать определенным нормам и принципам, которые приводятся в данном разделе кодекса. Как правило, не все нормы и принципы фиксируются в кодексе, но основные из них формулируются в виде императивов. Среди них значительное место занимают такие принципы, которые определяют характер действий, отношений, взаимодействия специалистов с коллегами, с потребителями продукта их деятельности и со смежниками, т.е. представителями различных учреждений, организаций и т.п., которые совместно со специалистами данной профессиональной группы принимают участие в решении ряда социально значимых задач.

Большинство принципов, которые вводят в кодексы, одинаковы для самых разных видов профессиональной деятельности, однако специфика каждого вида профессиональной деятельности требует конкретизации формулировки.

В числе наиболее общих принципов целесообразно внести в кодекс такие как: деятельность в пределах своей компетентности (и компетенции)[41], объективность, конфиденциальность, справедливость, ответственность, честность, толерантность и некоторые другие. Ряд этих принципов может быть дополнен специфическими, сформулированными с учетом особенностей профессиональной деятельности.

Например, для группы профессий, связанных с предоставлением разного рода услуг, целесообразно внести в этот раздел принцип, обязывающий специалиста соблюдать интересы клиента, обратившегося за услугой. Но, формулируя принцип, не следует упускать из вида, что реализация интересов, сформулированных клиентом, не должна сопровождаться нанесением ущерба ни обществу, ни клиенту. Следует вновь вспомнить о том, что профессия существует потому, что ее результаты нужны людям, а люди – это не только клиент, обратившийся за услугой. Значит, в формулировке должно присутствовать ограничение: не все интересы клиента, а лишь истинные, рациональные, сущностные, объективные, не входящие в противоречие с интересами общества.

Аналогичным ограничениям должен подвергаться и принцип конфиденциальности. Если таких ограничений не ввести и потребовать от специалиста абсолютного сохранения тайны клиента, то это может вызвать не только неудобства в работе (например, необходима будет помощь коллег, общественности, близких клиента, но воспользоваться ею не удастся: «вслепую», без наличия информации, необходимой для компетентного и ответственного принятия решения, вряд ли кто-то захочет и сможет помочь). Могут возникнуть последствия более тяжелые, если специалист будет обязан сохранять тайну клиента, зная, что тем самым способствует причинению ущерба благополучию, здоровью, достоинству или даже жизни другого человека, или группы, или общества в целом. С точки зрения законодательства, специалиста может ожидать правовая ответственность (уголовная, административная, гражданская), но и с моральной точки зрения его ответственность будет тяжелой. Значит, принцип конфиденциальности должен приобретать ограниченный, условный характер, и это необходимо отразить в формулировке.

Принцип толерантности, приобретающий в последнее время все большую популярность, особенно среди специалистов, принадлежащих к так называемым «помогающим» профессиям, также не может быть внесен в кодекс без формулирования соответствующих ограничений. В самом общем смысле этот принцип означает признание за человеком права выбирать самого себя, быть тем, кто он есть и, значит, право на признание свободы выбора самого себя другими людьми, право быть принятым таким, каков есть. Если толерантность не ограничить разумными рамками, то значительная часть профессий утратит свой смысл: бандит, хулиган, инфекционный больной, маньяк и др. имеют право быть теми, кто они есть, и задача специалистов, если подобные клиенты не хотят менять в себе что-либо, будет сводиться лишь к созерцанию негативных явлений, что, конечно, абсурдно и недопустимо. Видно, что неограниченная толерантность граничит не только с непротивлением, но и с преступлением, поскольку может способствовать нанесению ущерба и отдельным людям, и всему обществу. Поэтому в качестве «ограничительной» формулировки может быть использована, например, такая: «…в пределах правовых, моральных и иных норм, установленных обществом».

Помимо норм и принципов, в этом разделе кодекса могут быть представлены важнейшие моральные требования и правила.

Следующий непременный раздел профессионально-этического кодекса раскрывает содержание долга и ответственности совокупной профессиональной группы и ее членов.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ДОЛГ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СПЕЦИАЛИСТОВ.

В этом разделе кодекса необходимо указать субъекты, объекты и содержание должных отношений специалиста. Исходя из того, что основным «заказчиком» результатов профессиональной деятельности и основным их потребителем являются общество и человек, важнейшими объектами должного отношения являются именно они. В то же время специалист, непосредственно осуществляющий работу, действует не сам от себя и не сам по себе. Даже если он относительно автономен в повседневной практической деятельности, он пользуется статусом и авторитетом, предоставляемыми ему профессией, обращается к опыту, знаниям и возможностям коллег и сам оказывает им аналогичные услуги. Значит, будучи представителем профессии и профессиональной группы, специалист не свободен от долга и ответственности перед ними. Последний объект должного отношения специалиста – это он сам. Таким образом должные отношения специалиста формируются и функционируют в отношении:

общества и государства, как основных заказчиков, организаторов и контролеров профессиональной деятельности;

профессии, которая есть инструмент для удовлетворения потребности общества и человека в конечном продукте деятельности;

профессиональной группы (коллектива конкретного учреждения), в которую входит специалист и которая предоставляет ему дополнительные возможности для выполнения профессиональной деятельности;

клиента, обратившегося за содействием в получении результата профессиональной деятельности в связи с проблемами в этой области;

самого себя как профессионала и личности.

Этот раздел в зависимости от специфики профессиональной деятельности и социальной и профессиональной ситуации может быть дополнен иными видами должных отношений. Например, в современных кодексах иногда можно видеть разделы, содержащие требования лояльности в отношении вышестоящих административно-управленческих органов. Ясно, что с истинным содержанием долга такие требования ничего общего не имеют, являясь лишь отражением конкретной ситуации в профессии и затаенного страха управленцев не получить свою долю признания и уважения, хотя бы и формального.

Довольно часто в этом разделе различными способами подчеркивается приоритетность определенного вида должных отношений специалиста. Например, на первом месте может стоять долг и ответственность в отношении клиента – непосредственного потребителя услуг или иного конечного продукта. Казалось бы, ничего существенного такая перестановка в себе не несет, однако это не совсем так[42].

Важнейшее место в профессионально-этическом кодексе может быть посвящено следующему разделу, в котором излагаются требованиям к качествам личности специалиста

ТРЕБОВАНИЯ К ПРОФЕССИОНАЛЬНО ЗНАЧИМЫМ КАЧЕСТВАМ ЛИЧНОСТИ СПЕЦИАЛИСТА.

В этом разделе кодекса сводятся воедино требования к личностно-нравственному облику специалиста, который, как уже говорилось ранее, оказывает существенное влияние на процесс и результаты профессиональной деятельности. Среди требований к личности довольно часто главное внимание уделяется альтруизму и гуманистической направленности личности, что должно являться интегративными характеристиками специалиста, работающего непосредственно с людьми и их проблемами, т.е. с клиентами. Гуманизм и альтруизм личности специалиста могут служить своеобразными гарантами того, что специалист будет осознавать себя не как «главное лицо» в профессиональной деятельности, ради удовольствия и удовлетворения потребностей которого существуют и профессия, и клиенты, да и весь мир, но будет видеть свое истинное место в этом мире: он – для клиента и решения его проблем, а не иначе.

Особое внимание фиксируется на таких качествах, как честность, открытость,  тактичность, и т.п., которые существенно влияют на успешность установления контакта и последующего взаимодействия специалиста и его клиента. Наличие волевых качеств, эмпатия, сострадательность и др. необходимы в тех видах профессиональной деятельности, где предполагается в процессе деятельности изменение  положения клиента при его участии (например, в процессе лечения, воспитания, психотерапии, социальной работы и т.п., т.е. в «помогающих» профессиях). Бескорыстие, порядочность необходимы в первую очередь в тех видах профессиональной деятельности, где оказываются платные услуги, хотя и не только в них. Видимо, во всех абсолютно видах деятельности  уместны оптимизм, склонность к творчеству и самосовершенствованию.

В этом разделе могут быть также представлены основные подходы и к профессиональному отбору специалистов. Основой для профотбора может стать исследование личностных качеств претендентов с учетом требований к его личности, изложенных в кодексе.

В следующем разделе, если он предусматривается в профессионально-этическом кодексе, дается информация о санкциях в адрес специалиста или коллектива специалистов в случаях, когда имели место ненормативные действия.

СИСТЕМА САНКЦИЙ.

Этот раздел является весьма желательным, поскольку не всегда достаточно информировать специалиста о содержании профессионально-этической системы, чтобы обеспечить его этичное поведение. Порой бывает необходимым информировать его об ответственности, наступающей вслед за этическими проступками, невыполнении норм и требований, представленных в кодексе, пренебрежении своим долгом.

Этот раздел может содержать и положительные санкции, применяющиеся тогда, когда личностные качества специалиста, его самоотверженная деятельность, приведшая к положительному результату, заслуживают поощрения. Позитивные санкции могут стать значительным фактором, влияющим на формирование поведения и способствовать утверждению нормативного поведения как образца, которому нужно подражать. Целесообразно, однако, оговорить то, что позитивные санкции могут иметь место лишь в случае, если действия специалиста были легитимны и этически безупречны.

В этом разделе в общих чертах может содержаться информация о механизме введения санкций. Как правило, принимается один из двух распространенных механизмов реализации санкций.

Согласно первому, профессиональная ассоциация или ее полномочный представительный орган, узнав о заслуживающих обсуждения поступках, отношениях или действиях специалиста или коллектива специалистов, назначает комиссию для проверки фактов. По итогам работы комиссии на заседании представительного органа обсуждаются итоги ее работы в присутствии тех специалистов, о поведении или поступках которых идет речь, и выносится решение о введении санкций. Если профессиональная ассоциация наделена государством полномочиями в части реализации санкций вплоть до отстранения провинившихся от должности на определенный срок или бессрочно, то решение реализуется самостоятельно профессиональной ассоциацией и соответствующим образом оформляется.

Второй механизм задействуется тогда, когда профессиональная ассоциация не наделена полномочиями самостоятельно реализовывать решения, связанные с введением санкций. В этом случае после изучения положения дел и его обсуждения профессиональная ассоциация принимает решение ходатайствовать перед полномочными органами (административными, правоохранительными, судебными и т.п.) о рассмотрении вопроса и принятии решения о санкциях и предоставляет им необходимые документы (обоснование).

Последний раздел кодекса, придающий ему завершенность, включает в себя информацию об условиях действия и легитимизации профессионально-этического кодекса.

 ЗАКЛЮЧЕНИЕ (условия действия и легитимизации кодекса).

Заключение должно содержать информацию о том, когда и кем был принят профессионально-этический кодекс, в каких случаях он может применяться и на каком основании, при каких условиях его действие может быть приостановлено или отменено.

Этот раздел целесообразно начать с пункта, содержащего сведения о принятии кодекса и вводе его в действие. Возможен один из трех типовых вариантов: кодекс вводится в действие с момента принятия, или с момента публикации, или с определенной даты (через определенный срок).

Первый вариант может оказаться не вполне удобным в случае, например, если произошло нарушение требований кодекса на следующий день после его принятия. Очевидно, что так быстро кодекс среди членов национальной ассоциации распространить нельзя, поэтому нарушитель вполне обоснованно может предъявить претензии к руководству ассоциации и, если дело будет доведено до судебных инстанций, выиграет его.

Второй и третий варианты практически равноценны, однако если принимается третий вариант, т.е. профессионально-этический кодекс вводится в действие с определенной даты (через определенный срок) (например, устанавливается конкретная дата ввода его в действие или срок – через 1 месяц с момента принятия и т.п.), следует учесть, что к этой дате или к концу истечения назначенного срока документ должен быть любым доступным способом (через средства массовой информации или с использованием внутренней профессиональной полиграфической базы и информационной сети) растиражирован и доведен до сведения членов профессиональной группы.

Профессионально-этический кодекс не может являться документом, принятым раз и навсегда. При изменении условий жизнедеятельности общества естественным образом может измениться содержание профессиональной деятельности, а значит, неизбежно должны корректироваться и требования к поведению и действиям специалистов, их личностным качествам, содержанию долга и ответственности и т.п. Изменения, происходящие в профессионально-этической системе в целом и ее отдельных элементах требуют своевременного приведения в соответствие с ней профессионально-этического кодекса.

Необходимость внесения изменений в профессионально-этический кодекс может быть вызвана, к сожалению, и тем, что при его составлении в текст могли быть внесены ошибки, неточности и др., которые впоследствии становятся очевидными. Поэтому целесообразно уже при принятии кодекса предусмотреть возможность внесения в него изменений и определить порядок действий в случае, если внесение изменений становится необходимым.

Например, в тексте можно оговорить, что незначительные редакционные правки, не изменяющие в целом смысл текста, могут вноситься в рабочем порядке. Изменения более существенные, изменяющие смысл документа в целом или его отдельных частей (разделов), введение в текст новых норм, требований и т.п. целесообразно обсуждать на представительном собрании членов профессиональной группы, чтобы получить одобрение большинства членов профессиональной группы или их официальных полномочных представителей. Возможен и иной порядок действий: текст правок или всего профессионально-этического кодекса в новой редакции вместе с сопроводительным письмом распространяется среди членов профессиональной группы для изучения и обсуждения, а затем поступившие предложения обобщаются рабочей группой и выносятся на обсуждение.

Одновременно следует предусмотреть возможность радикального пересмотра текста профессионально-этического кодекса, его отмены и замены другим документом и определить условия, при которых это может произойти и порядок действий в этом случае. Целесообразно остановиться на одном из двух наиболее распространенных вариантов кодексов: срочный (т.е. действующий в течение определенного срока, по истечении которого происходит обязательный пересмотр) и бессрочный (или неопределенно-срочный, т.е. действующий в течение неопределенного срока и пересматриваемый по мере необходимости). Второй вариант предпочтительнее, поскольку дает возможность оперативно реагировать на изменения социальной и профессиональной действительности и соответствующим образом корректировать кодекс.

Видно, что рассмотренная здесь структура профессионально-этического кодекса в основном повторяет структуру профессионально-этической системы. Это неизбежно, поскольку профессионально-этический кодекс должен быть корректным отражением профессионально-этической системы.

Однако профессионально-этические кодексы могут содержать и фактически содержат и другие разделы.

Иногда целесообразным может стать введение раздела, рассматривающего основные проблемные зоны, зоны наиболее частых и острых профессионально-этических конфликтов и предлагающего наиболее общие и рациональные пути разрешения этих конфликтов.

Порой в профессионально-этические кодексы включаются важнейшие правила профессионального этикета, соблюдение которых может оказать существенное влияние на результативность и качество деятельности.

Отдельный раздел может быть посвящен проблемам сотрудничества профессиональной ассоциации или профессиональной группы с другими профессиональными ассоциациями, с национальными ассоциациями специалистов данного профиля, государственными и общественными органами и организациями, юридическими и физическими лицами, а также отношениям соподчиненности и т.д..

В профессионально-этическом кодексе может иметься раздел, посвященный вопросу оказания платных социальных услуг, вознаграждения за работу и т.п., дополняющий и раскрывающий содержание принципа бескорыстия. Это целесообразно в случаях, когда высокие неконтролируемые гонорары специалистов становятся препятствием для приобретения основным потребителем конечного результата профессиональной деятельности.

В целом включение тех или иных дополнительных разделов в профессионально-этический кодекс зависит главным образом от направленности деятельности профессиональной ассоциации, проблем функционирования и развития профессиональной деятельности, состояния и перспектив развития общества, прогнозируемых перспектив развития и т.п..

Некоторые из названных выше разделов могут отсутствовать. Например, если между профессиональной ассоциацией и органами исполнительной власти не достигнуто необходимое соглашение о наделении ассоциации необходимыми для санкционирования полномочиями, то соответствующий раздел в профессионально-этическом кодексе может отсутствовать.  

Не во всех случаях содержание реально существующих профессионально-этических кодексов отструктурировано так, как показано здесь. Зачастую отсутствуют преамбула и заключение; могут не выделяться разделы, в которых представлены требования к поведению специалиста и качествам его личности. Безусловно, нечеткая структура затрудняет восприятие содержания кодекса в целом. Однако, несмотря на «размытость» структуры, профессионально-этический кодекс чаще всего включает в себя содержание указанных разделов. И, во всяком случае, две группы требований - к содержанию и качеству, результатам деятельности и к качествам личности специалиста, а также содержание его долга представлены всегда и соответствующим образом регламентированы.

Для того, чтобы профессионально-этический кодекс в действительности стал документом, регламентирующим профессиональную деятельность наряду с законами, распоряжениями и т.п. нормативными актами, недостаточно только разработать его. В этом случае он останется произведением, может быть и важным, и качественным, но документом он ни для кого, кроме разработчиков, являться не будет. Профессионально-этический кодекс будет легитимен, если он принят национальной или региональной ассоциацией специалистов (союзом, обществом или иной общественной организацией, официально созданной профессиональной группой и в установленном порядке зарегистрированной). Более того, в Уставе или Положении, регламентирующем деятельность профессиональной ассоциации, должны содержаться сведения о том, что она имеет право разрабатывать и принимать такого рода документы.

Как правило, для разработки проекта профессионально-этического кодекса создается рабочая группа, которая по поручению профессиональной ассоциации осуществляет организационные мероприятия и разрабатывает сам проект кодекса. Целесообразно включить туда специалистов, хорошо знающих не только теорию и практику деятельности, но и владеющих знаниями в области юриспруденции, философии и т.п., чтобы содержание кодекса по возможности более точно соответствовало профессионально-этической системе, а процедура его обсуждения и принятия была легитимна.

Перед обсуждением и принятием профессионально-этического кодекса целесообразно проект его текста распространить среди специалистов, чтобы по возможности полностью учесть мнение членов профессиональной группы, проанализировать и обобщить их замечания и предложения и учесть их в окончательной редакции текста кодекса.

Последовательность проработки частей (разделов) кодекса может быть различной, однако целесообразно придерживаться той, которая указана выше, поскольку она логична с точки зрения социальной целесообразности. Например, правильнее вначале определиться с местом и ролью профессионально-этического регулирования, его  целями и задачами, а уже затем переходить к его способам и основополагающим принципам и на основе этого – к образу идеального специалиста, удовлетворяющего требованиям профессии, а не наоборот.

После подготовки проекта кодекса целесообразно провести его экспертизу с целью исключения возможных существенных недочетов, противоречий и т.п. и после внесения соответствующих правок приступать к проведению процедуры обсуждения и принятия кодекса. Одновременно следует проработать и тактику популяризации кодекса, доведения его до каждого специалиста, чтобы профессионально-этический кодекс стал действительно важным и в то же время обыденным документом: введение профессионально-этического кодекса только тогда сможет достигнуть цели, когда каждый специалист будет глубоко знать его содержание и уметь соотносить свои действия с его основными положениями.

После того, как профессионально-этический кодекс был принят и доведен до сведения членов профессиональной группы, следует обеспечить его соблюдение. С этой целью можно организовать в профессиональных коллективах его изучение на лекциях и методических семинарах, в профессиональных средствах информации можно поместить ряд публикаций с разъяснениями и т.п. Одновременно целесообразным может быть создание рабочей группы (комиссии), в чьи задачи будет входить контроль за соблюдением положений профессионально-этического кодекса.

6. РАЗРЕШЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ С ПОМОЩЬЮ ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИХ КОДЕКСОВ

Моральная регуляция, как уже говорилось, не является исключительным, автономно функционирующим видом регуляции профессиональной деятельности. Она существует наряду с другими видами и формами регуляции профессиональной деятельности и взаимодействует с ними. В силу своих особых свойств воздействовать на личность специалиста и формировать его образ мышления и действий, она дополняет и существенно усиливает все иные виды и формы регуляции профессионального поведения и деятельности, воздействуя главным образом на их смысл, характер и качество путем сопоставления целей, содержания, условий, средств и результатов деятельности с понятиями о человеческом благе, добре и зле, справедливости и несправедливости, сущем и должном. Спецификой этого вида нормативной регуляции является то, что она с этических позиций предъявляет специфические, детерминированные смыслом и содержанием деятельности, требования не только к деятельности и поведению, но и к личности специалиста.

При этом, за редким исключением, не происходит противопоставления личности специалиста и личности вообще, его поведения и действий как специалиста и его поведения и действий как личности. Это естественно, поскольку профессиональная деятельность не существует сама по себе: она – составная часть совокупной деятельности общества с одной стороны и часть деятельности личности с другой; она – одна из сторон жизни общества и одновременно одна из сторон жизни человека. Иными словами, она – неотъемлемая часть целого, часть системы, точнее говоря, часть двух системных образований, и в этой связи противоречия, возникающие между нею и этими системными образованиями, не могут быть антагонистическими, неразрешимыми и непримиримыми; в противном случае либо эта часть (т.е. профессиональная деятельность), либо сами системы могли бы перестать существовать в том виде, в котором они существуют в настоящее время: любое противоречие требует своего разрешения.

Это утверждение дает право сделать два важных вывода: во-первых, любые правила, нормы, требования и т.п., регламентирующие профессиональную деятельность, в том числе и этические, не могут коренным образом противоречить ни регулятивам совокупной деятельности общества, ни регулятивам совокупной деятельности человека. Во-вторых, отдельные конкретные виды профессиональной деятельности и системы их регулирования и регламентации, в том числе и этическая, не могут коренным образом противоречить друг другу, какие бы виды профессиональной деятельности не рассматривались и не сопоставлялись.

Каждая существующая и существовавшая ранее в обществе профессия в той или иной мере востребованы обществом, нуждающемся в определенном продукте. Это объективно требует развития целенаправленной профессиональной деятельности, выполняющей определенный социальный заказ общества и в соответствии с этим выполняющей определенные социальные функции. При всем разнообразии профессий и видов профессиональной деятельности, в них всегда можно видеть и выделить общее: все они служат удовлетворению потребностей человека и общества. Поэтому основой профессионально-этической системы любого вида профессиональной деятельности, наряду с сущностью, смыслом и содержанием конкретной профессиональной деятельности, являются общие для представителей всех профессий требования профессиональной морали, выраженные в ее социальных функциях. Соответственно, профессиональная деятельность человека в жизненно важных сферах, прямо влияющих на судьбы общества, требует особых, конкретизированных систем этических норм и принципов, отвечающих содержанию конкретной профессиональной деятельности и производственных отношений, возникающих между людьми в ее процессе и отвечающих требованиям и ожиданиям социума в части выполнения социального заказа.

Вместе с тем, каждый вид профессиональной деятельности существенно отличается от других, что требует еще большей конкретизации этических систем, учета специфики конкретного вида деятельности. Для каждого специфического вида профессиональной деятельности приобретает огромное значение выполнение тех частных требований морали, которые учитывают специфику профессиональной деятельности как особого, отличного от других вида социальной деятельности. Эти требования в той или иной форме находят отражение в общественной морали, но носят в ней обезличенный, усредненный, универсальный характер, что является целесообразным, поскольку общественная мораль носит преимущественно «рамочный характер», определяя лишь основные направления поведения, деятельности и отношений личности или группы в обществе, выраженные в наиболее общих нормах и принципах, требованиях к личности. Они пригодны для применения в любых жизненных ситуациях именно в силу своей универсальности и общего характера. Поэтому нормы, принципы, требования и т.п. элементы профессиональной этики не могут противоречить аналогичным элементам общественной морали; они лишь уточняют и конкретизируют их

Конкретные виды профессиональной деятельности многочисленны и разнообразны, но каждый из них и все они вместе являются составной частью деятельности общества, не исчерпывающейся деятельностью профессиональной. Значит, и профессионально-этические теории и системы, при всей их значимости, многочисленности и разнообразии, должны являться составной частью общей этики. Они не могут развиваться полностью автономно, сами по себе и сами в себе, не учитывая достижений и тенденций в развитии философской и общей этики. Таким образом, профессиональная этика систематизирует и конкретизирует требования общей, господствующей в обществе этической системы применительно к сфере профессиональной деятельности, а этическая система каждой отдельно взятой профессии, в свою очередь, конкретизирует требования профессиональной морали с учетом специфики каждой отдельной профессии или группы профессий, объединенных общей сферой деятельности. На этом основании общая этика, профессиональная этика и этика конкретного вида профессиональной деятельности соотносятся как общее, особенное и специфическое. Как уже говорилось, части целого и целое коренным образом противоречить друг другу не могут; особенно в течение длительного периода времени; более того, в данном случае  можно утверждать, что части целого несут в себе некоторые важнейшие черты и признаки целого и, следовательно, имеют некоторые общие для всех частей черты и качества. И именно это свойство профессионально-этических систем становится прочной основой для предотвращения и разрешения этических конфликтов, возникающих в профессиональной деятельности.

Но тем не менее конфликты порой возникают, и они требуют разрешения. Можно выделить основные зоны профессионально-этических конфликтов:

внутреннюю, если конфликт возникает между представителями одной и той же профессиональной группы (внутри профессиональной группы);

пограничную, если конфликт возникает между представителями  разных профессиональных групп в связи с совместной профессиональной деятельностью;

внешнюю, если конфликт возникает между представителями профессиональной группы и членами общества, потребителями конечного продукта деятельности.

В любой из выделенных зон конфликт может развиваться по причинам как субъективного характера, так и объективного характера. Наличие субъективных причин констатируется тогда, когда дело заключается лишь в том, что одни и те же принципы, требования и т.п. в одних и тех же формулировках различно понимаются, интерпретируются и применяются разными людьми. Различие в понимании этических императивов естественно, поскольку специалисты имеют не только различную профессиональную (в том числе и этическую) подготовку, но и различный жизненный и профессиональный опыт, оказывающие влияние на их мировоззрение. Субъективные причины, по сути дела, означают, что человек самого себя и свое видение мира (и данного конкретного вопроса или проблемы) привносит в профессиональную деятельность и не склонен считаться с объективной действительностью. Именно поэтому так необходима организация учебы специалистов: она может помочь хотя бы частично избавиться от разночтений, когда речь идет об одном и том же принципе, правиле и т.п. и границах их применения.

Об объективных причинах этического конфликта можно говорить, когда имеет место обусловленное спецификой деятельности различие в содержании и сущности этических императивов, что отражено в их формулировках.

Безусловно, возможно сочетание субъективных и объективных причин, приводящих к развитию конфликта. И объективные, и субъективные причины конфликтов могут быть усугублены в случае, если формулировки этических императивов (принципов, норм и т.п.), представленные в профессионально-этических кодексах, недостаточно корректно сформулированы.

Принципы профессиональной этики конкретных видов профессиональной деятельности не могут носить абсолютного характера, поскольку являются конкретизацией принципов общей этики к специфическим типовым профессиональным ситуациям. В случае, если они в конкретной ситуации приходят, по мнению специалистов, в противоречие друг с другом или с принципами, включенными в другую профессионально-этическую систему, конфликтная ситуация должна быть разрешена на основе принципов общей этики. Они не должны быть самодовлеющими и приоритетными и в том случае, если они в определенных ситуациях приходят в противоречие с принципами общей этики и речь может идти об ущемлении интересов общества.

Предпочтение, отдаваемое в разрешении нравственных конфликтов принципам общей этики, обусловлено объективно. Как клиент, так и специалист являются членами общества, вследствие чего должны следовать его законам - действия всего общества и каждого его члена должны быть направлены на то, чтобы общество в целом и каждый конкретный человек – член общества - чувствовали себя максимально комфортно, и при этом не ущемляли бы по возможности интересов друг друга. Специалисты как различных, так и одной и той же профессиональной группы также являются членами общества, и в соответствии с этим у них имеются общие сущностные интересы[43].

Существование и функционирование общества отвечает основным потребностям человека, так же как и деятельность человека способствует удовлетворению интересов общества. Способствуя удовлетворению потребностей друг друга, человек и общество реализуют тем самым свой гуманистический потенциал. Своеобразной реализацией гуманистического потенциала является и профессиональная деятельность, осуществляемая в обществе и для общества. Для того, чтобы профессиональная деятельность была и оставалась именно тем, чем общество желает ее видеть, применяется целая система различных видов регуляции, в том числе и этическое регулирование. Таким образом, можно сказать, что нормы и принципы профессиональной этики поддерживают неизменными гуманистический смысл и содержание каждого специфического вида социальной деятельности и, в свою очередь, поддерживаются господствующей в обществе системой морали, традициями профессиональной деятельности, личными убеждениями, воспитанием и профессиональной подготовкой специалистов, общественным мнением как членов профессиональной группы, так и их клиентов и общества в целом.

Профессионально-этические системы различных видов профессиональной деятельности имеют общие черты, и это естественно, поскольку в них речь идет об одном и том же виде человеческой деятельности – профессиональной, хотя и приобретающем в каждой конкретной профессии специфическое содержание. Практически каждый вид профессиональной деятельности в современном мире, при всем многообразии конкретных целей и задач, форм и способов организации и деятельности, преследует одну и ту же цель – благо человека и человечества. Поэтому можно сделать вывод, что наиболее общим основанием любой современной профессионально-этической системы является ценность человека – его жизни, благополучия, прав, а значит, и благополучие всего общества и человечества в целом. Специфика же профессионально-этической системы конкретного вида профессиональной деятельности обусловливается в первую очередь специфическим смыслом и содержанием самой деятельности. Например, врач должен всеми доступными ему способами бороться за сохранение жизни своего пациента, в то время как военнослужащего уже в период подготовки к профессиональной деятельности обучают различными способами отнимать у человека жизнь, обосновывая это необходимостью защиты жизней людей. Хотя и та, и другая профессии безусловно исходят из ценности человеческой жизни и ценности общества, в конкретных способах и содержании профессиональной деятельности может иметь место существенное различие в связи с различиями в иерархиях основных профессиональных ценностей. 

Одним из наиболее общих профессионально-этических принципов, присутствующих в кодексах, является принцип профессионализма. Каждая из профессионально-этических систем и соответствующий кодекс требуют от представителей профессии высокого профессионализма, постоянного обновления и совершенствования знаний, умений и навыков, непрерывного личностного развития. Такое требование оправдано, поскольку фундаментальная и прикладная наука не стоят на месте; практические знания и умения быстро устаревают и нуждаются в обновлении. Только специалист, в совершенстве владеющий своей профессией, способен обеспечить эффективную деятельность и высокое качество конечного результата, развивать содержание профессиональной деятельности и содействовать повышению престижа профессиональной группы.

В большинстве профессионально-этических систем и соответствующих им кодексов в той или иной формулировке содержится принцип «не навредить!», требующий от специалиста высокой ответственности за конечные результаты деятельности и изменение положения клиента в результате взаимодействия со специалистом. При этом не причинить вреда – это тот минимум результата, который может позволить себе специалист. Это понятно, поскольку клиент встречается со специалистом, как правило, не для того, чтобы его ситуация осталась неизменной; он хочет улучшения. Поэтому долг специалиста – не просто не навредить, но по возможности помочь человеку в решении его проблемы. Это обязывает специалиста в определенных случаях убеждать клиентов изменить свою точку зрения на содержание и количество потребных услуг, а порой – и на самого себя.

Обязательным принципом, присутствующим в профессионально-этических системах и отраженным в кодексах, является принцип соблюдения интересов клиента – потребителя конечного результата профессиональной деятельности. Однако в различных профессионально-этических системах в рамках этого принципа могут быть реализованы различные подходы. Например, в практике торговли этот принцип зачастую принимает форму всем известного лозунга «клиент всегда прав»: представитель торговой организации считает для себя обязательным выполнить любую прихоть или каприз своего клиента-покупателя, даже если считает, что искомый товар последнему не подходит, не нужен, не обеспечит удовлетворения истинных потребностей и т.п. Можно сделать вывод, что продавец отказывается от ответственности за последствия приобретения и использование товара (за исключением, конечно, случаев, когда товар с изъяном, не соответствует стандартам или иным требованиям и т.п.). Но медицинский работник не может идти на поводу у клиента и следовать его капризам – он отвечает за здоровье и жизнь человека – своего пациента. Поэтому врач или медицинская сестра будут прислушиваться к просьбам клиента только до тех пор, пока эти просьбы не войдут в противоречие с их представлениями о действительном благе клиента, основанными на профессиональных знаниях. Значит, в профессионально-этических системах медицинских работников принцип соблюдения интересов клиента может предусматривать соблюдение только коренных, рациональных интересов, т.е. будет иметь ограничения[44].

Разность в подходах к трактовке и реализации данного принципа может служить своего рода индикатором  профессиональных интересов: если интересы человека и общества профессия (или ее конкретный представитель) ставит на первое место, то специалист должен будет при определении стратегии деятельности руководствоваться не только мнением клиента, но и своими профессиональными знаниями о действительных потребностях человека, его коренных интересах, благе. Если же преследуются интересы преимущественно корпорации или даже свои собственные корыстные, то тогда товар или услугу необходимо «сбыть» любой ценой, не задумываясь о последствиях, чтобы получить выгоду. В этом случае, чего бы ни пожелал клиент, он всегда и безусловно будет прав. Правильному решению проблемы и верной расстановке акцентов может помочь решение довольно простого вопроса: кто для кого? Специалист для клиента или клиент для специалиста? Существует ли профессия для того, чтобы удовлетворять в первую очередь потребности клиента и общества или она нужна лишь для того, чтобы содействовать процветанию специалиста, а клиенты являются лишь инструментом, используемым для достижения личных целей? Согласившись с тем утверждением, что профессия все-таки в первую очередь существует для того, чтобы удовлетворять потребности клиента и общества и содействовать достижению их блага, и именно с учетом этого должен действовать специалист, можно принять верное решение.

Многое в содержании профессионально-этической системы зависит от того, какую социальную значимость имеет та или иная профессиональная деятельность, насколько масштабны результаты деятельности профессиональной группы и каждого отдельного ее члена: это определяет меру ответственности специалиста и соответствующие санкции, предусмотренные системой. Но это же определяет и меру требований к личности специалиста, поэтому почти в каждой профессионально-этической системе представлены требования к соблюдению чести и достоинства специалиста, которые зачастую рассматриваются как неотъемлемая составная часть чести и достоинства всей профессиональной группы. Например, честь и достоинство военнослужащего неотделимы от чести и достоинства всей армии и страны, поскольку от результатов деятельности даже одного военного порой зависит благополучие и безопасность страны и народа. В соответствии с этим в отношении военнослужащего, нарушившего профессионально-этические нормы, принимаются самые жесткие меры, особенно если его действия или отношения представляют собой реальную угрозу благополучию и безопасности страны.

Практически во всех профессионально-этических системах декларируется принцип конфиденциальности – требование сохранять профессиональную тайну («военная тайна», «врачебная тайна», «научная тайна», «коммерческая тайна», «тайна клиента», «тайна исповеди» и т.п.). Но в то же время практически в каждой профессионально-этической системе присутствует возможность «исключений из правила», основанная на необходимости соблюдения интересов общества: тайна может быть нарушена из соображений высшего блага, в том случае, если сохранение тайны может содействовать нанесению ущерба другим членам общества или всему обществу. Например, клиент поведал специалисту о совершенном им тяжком преступлении или о намерениях совершить преступление. В этом случае специалист оказывается как бы «меж двух огней»: с одной стороны, он должен руководствоваться принципом конфиденциальности и сохранить доверенную ему тайну. С другой же стороны, сохранив тайну, он станет пособником преступника и нарушит принципы справедливости (справедливого возмездия за содеянное), «не навредить» (поскольку будет нанесен ущерб интересам общества и третьих лиц) и т.п. Разрешая подобный конфликт, специалист должен помнить, что в данном примере справедливость как принцип занимает более высокое место в иерархии, чем конфиденциальность. Можно руководствоваться и такими соображениями, согласно которым общее имеет приоритет над частным, и интересы общества имеют большее значение, чем интересы отдельного человека, нарушающего законы, по которым живет общество.

Большое место в профессионально-этических кодексах занимают принципы честности и бескорыстия. Специалист не имеет права искажать информацию или утаивать ее от клиента, хотя этот принцип в некоторых профессиях может иметь специфическое прочтение, обусловленное содержанием деятельности. Например, следователь не должен скрывать от подследственного информации о возможных решениях по его делу, тем более, что и сам подследственный может прочитать об этом в Уголовном кодексе. Но в то же время он не обязан информировать подследственного обо всех предпринимаемых им следственных действиях, если тот об этом спросит. Врач, в соответствии с современным законодательством в области здравоохранения, не имеет права скрывать от больного правду о его состоянии, каким бы критическим оно ни было, однако не обязан выступать инициатором информирования больного, если, например, заболевание вступило в терминальную стадию и сам больной предпочитает незнание горькой правде. При этом любой специалист должен предоставлять клиенту правдивую информацию в доступной для него и – что очень важно - деликатной форме, если это негативная информация[45].

Принцип бескорыстия, введенный в различные профессионально-этические системы и кодексы, требует от специалиста ограничиваться официально установленным гонораром (заработной платой), даже если имели место дополнительные, не предусмотренные должностным регламентом услуги и/или профессиональные действия, и официально дополнительная плата за это не предусмотрена.

Платные услуги все прочнее входят в обыденную жизнь человека и его профессиональную деятельность. В самой идее платных услуг нет ничего необычного: любая работа должна быть оплачена, в том числе и оказанная услуга. Однако в развитии сети платных услуг населению всегда встают по меньшей мере два вопроса: кто именно будет оплачивать услуги: государство или клиент и какова должна быть цена услуги с учетом платежеспособности клиентов. Например, в профессионально-этическом кодексе социальных работников содержится указание на то, что плата за услугу должна быть соразмерна с содержанием самой услуги и не превышать возможности клиента оплатить ее. В соответствии с социальным законодательством, значительная часть клиентов получает социальные услуги бесплатно: их оплату производят в опосредованной форме местные органы власти, обеспечивая финансирование социальных служб. Но в негосударственных медицинских, юридических, сервисно-бытовых и иных учреждениях и организациях подход при расчете цен на услуги может быть иным: клиент в соответствии с прейскурантом будет обязан оплачивать полную стоимость услуги, несмотря на предусмотренные законами льготы. Могут практиковаться и иные схемы оплаты работы специалистов. В такой ситуации специалисту следует учитывать требование профессионально-этического кодекса и, с учетом системы взимания платы за услуги в данном учреждении, установить умеренную плату за свои услуги с учетом всех льгот по оплате, предусмотренных законодательством.

Довольно часто специалистам приходится рассматривать вопрос, связанный с «благодарностью» клиента, если она имеет материальное выражение. Выслушать слова благодарности за свои профессиональные действия, услышать искренне «спасибо» от клиента и узнать о высокой оценке своего профессионализма – радость для любого специалиста. Но благодарность благодарности, как известно, рознь, и не всегда дело этим и ограничивается. Сразу можно сказать, что «благодарность» в денежном выражении для специалиста с точки зрения профессиональной этики неприемлема: за профессиональные действия установлена заработная плата, гонорар, и это все, на что специалист имеет право претендовать. Это все, что он имеет право получить. Однако часто клиент, которому помогли решить серьезную проблему и у которого «гора с плеч свалилась», пребывает в радостном возбуждении и хочет частицей своей радости поделиться со специалистом. В этом проявляется одна из важнейших человеческих потребностей – делать другим приятное. И в знак благодарности он может преподнести специалисту букет цветов, коробку конфет, недорогой сувенир в память о себе. Не следует рассматривать негативно такой поступок клиента и, соответственно, в принятии специалистом цветов и конфет усматривать нарушение им принципа бескорыстия, если соблюдены определенные условия. Если клиент совершил данный поступок по собственной инициативе и от души, если он сделал это после того, как получил профессиональные услуги и если сделанный подарок действительно носит символический характер, ничего «неэтичного» нет в том, что специалист его принял. Более того, известно, что пренебрежение сделанным от души подарком и категорический отказ от него обижает человека, портит ему настроение, порой вызывает слезы.

Приведенный анализ некоторых принципов, наиболее часто встречающихся в профессионально-этических кодексах, показывает, что объективных причин для возникновения этических конфликтов скорее всего нет. Как внутри профессиональных групп, так и вне их и на «стыке» различных зон упомянутые принципы признаются и функционируют. Следует скорее искать субъективные причины, приводящие к неэтичному поведению и возникновению конфликтов. Например, продолжая далее рассматривать принцип бескорыстия, можно столкнуться с ситуацией, когда специалист получает от клиента дорогое (в материальном смысле) подношение. При этом в свое оправдание специалист будет говорить примерно следующее: «Я ни о чем не просил и ни на что не намекал; я просто чисто по-человечески рассказал клиенту о своей заветной мечте!». В таких ситуациях необходимо исходить из того, что клиент приходит к специалисту за помощью, а не затем, чтобы выслушивать повествование о проблемах специалиста, его планах и мечтах, тем более, что клиент может сделать вывод, что ему тонко намекают на необходимость помочь в реализации этих планов и надежд в обмен на помощь, которая требуется самому клиенту. В этом случае  действия специалиста должны быть расценены как неэтичные, поскольку не следует делать заявления, которые могут быть поняты как закамуфлированная просьба сделать определенный подарок или оказать ответную услугу.

Можно, очевидно, сделать вывод, что профессионально-этические системы и соответствующие кодексы профессиональных видов деятельности, предусматривающих непосредственное взаимодействие специалиста и клиента опираются тем не менее не только на представления о необходимости достижения блага клиентом, но и всем обществом. При этом в большинстве видов профессиональной деятельности профессионально-этическая система и кодекс предусматривают существенную ответственность специалиста за благо клиента и общества, что представляется логичным: специалист проходит специальную профессиональную подготовку, немалую часть которой представляет совокупное знание о человеке, его благе в контексте профессиональной деятельности.

Профессионально-этические системы и кодексы очерчивают круг обязанностей специалиста по отношению к коллегам. Соблюдение лояльности, корректности в отношениях, вежливости, тактичности, поддержание атмосферы взаимного уважения, доброжелательности, взаимопомощи, поддержки и соревновательности составляет основу профессиональных отношений специалиста с коллегами.

Таким образом, этико-аксиологическим основанием профессиональной деятельности является безусловное признание ценности человека и общества, реализации которой каждый вид профессиональной деятельности способствует с учетом своей специфики. В зависимости от форм взаимодействия и конкретных целей профессии ценность человека и общества могут внешне выступать в разных формах, поскольку каждая из этих ценностей многосоставна и составляющие ее компоненты представляют собой иерархию ценностей. Так, например, для медицинского работника ценность человека будет представлена преимущественно ценностью его жизни и здоровья, для военного – ценностью его безопасности, для священнослужителя – ценностью человеческой души, для работника правоохранительной системы – ценностью справедливости, чести и достоинства, прав человека и т.п. Однако все эти компоненты ценности неотторжимы от совокупной ценности человека и общества; без них специфически человеческое индивидуальное и социальное существование может превратиться в жалкое прозябание, недостойное звания человеческой жизни.

Как видно, профессионально-этические системы различных видов деятельности имеют общее ценностное основание, что обусловливает наличие в них общих подходов, однако содержание самой деятельности вносит элементы разнообразия в профессионально-этические кодексы. Специалист, взаимодействуя с представителями различных профессий, не может не осуществлять сравнение сходных элементов различных профессионально-этических систем. Если же при этом специалист работает не в специализированном, а в неспецифическом с точки зрения профессии учреждении (например, врач в военной части, психолог на заводе, педагог в пенитенциарном учреждении, социальный работник в банке и т.п.), то численное превосходство основной для этого учреждения профессиональной группы будет детерминировать и доминирование (а иногда и давление) соответствующей профессионально-этической системы.

Именно это обстоятельство может оказать влияние на формирование ценностно-морального сознания специалиста: к названным ранее детерминантам добавится еще одна, и притом весьма существенная: профессионально-групповая, представляющая собой совокупное ценностно-моральное сознание доминирующей профессиональной группы. Понятно, что элементы этого ценностно-морального сознания могут внедриться в сознание специалиста, провоцируя состояние ценностно-моральной неопределенности. Так, например, социальный работник должен исходить в своей деятельности из принципа признания субъектности клиента, т.е. уважать его право на принятие самостоятельного решения относительно способов решения его проблемы, собственной жизни и судьбы и т.д.. Однако в медицинском учреждении специалистами основной профессиональной группы этот принцип может использоваться в очень ограниченном варианте, поскольку именно врач как специалист принимает решение о способах решения проблемы (схеме лечения), как правило, самостоятельно, исходя из собственных профессиональных знаний и опыта – и именно за этим пациент и обращается к врачу. В самом деле, трудно представить себе врача, задающего пациенту вопрос: «Как, по Вашему мнению, я должен Вас лечить? Какой способ лечения Вы предпочитаете?» Специалист в неспецифической профессиональной среде может со временем привыкнуть воспринимать как само собой разумеющееся элементы доминирующей профессионально-этической системы.

Работая в пенитенциарной системе, специалист может пересмотреть свои ценностно-моральные позиции (в частности, свое мнение о человеке и человеческой жизни как высших ценностях) в связи со спецификой этой системы. Если вне пенитенциарной системы он чаще всего взаимодействовал с клиентами, чьи проблемы не были непосредственно обусловлены их ненормативным поведением (или, по крайней мере, ненормативное поведение не носило криминального характера), то в пенитенциарных учреждениях он будет взаимодействовать с клиентами, чье положение и проблемы обусловлены их криминальными действиями и поступками. Чаще всего осознание того, что отбывающие наказание граждане сами обусловили свое положение вне закона со всеми вытекающими отсюда последствиями, и является основным фактором, формирующим отношение доминирующей профессиональной группы к ним. Более того, может сформироваться мнение, что некоторые из отбывающих наказание граждан лишь с анатомической точки зрения могут быть признаны людьми. Безусловно, профессионально-этическая система каждой профессиональной группы требует уважения к человеку (уважать человеческое в человеке), однако трудно заставить себя чувствовать уважение к растлителю малолетних, убийце женщин и стариков и т.п. Трудно разделить человека надвое и видеть и уважать человеческое там, где оно почти полностью затмевается нечеловеческим. Помимо этого реальные нравы, которые порой можно наблюдать в пенитенциарных учреждениях, могут оказать на специалиста влияние более существенное, нежели гуманная профессионально-этическая система.

Специалисту, работающему в неспецифическом для его профессии учреждении и переживающему конфликт моральных норм и ценностей, при разрешении этого конфликта следует руководствоваться наиболее общими принципами и нормами, которые в профессионально-этических системах различных видов профессиональной деятельности если не совпадают, то, по крайней мере, не противоречат друг другу. Например, все профессионально этические системы требуют уважения к человеку, причем имеется в виду не абстрактная «человекообразность», а «человеческое в человеке». Профессионально-этическая система профессии, к которой принадлежит данный специалист, требует от него того же, и здесь противоречий не будет. Несовпадения, различия могут иметь место только в частных нормах, правилах и требованиях, поскольку именно они в значительной степени отражают специфику профессии. Но и в этом случае специалисту следует при этико-аксиологическом анализе выявлять не столько различия, сколько сходство, видеть и реализовать общие для всех профессий и профессионально-этических систем подходы. Основой же индивидуальной профессионально-этической деятельности конкретного специалиста может быть только профессионально-этический кодекс, принятый и легитимизированный работниками его профессии.

Если продолжить рассматривать приведенный выше пример, то, очевидно, начать надо с того, что «абсолютно черного» и «абсолютно белого» в реальной жизни не бывает: в каждом «хорошем» человеке можно видеть реально существующие негативные черты характера, каждый «злодей» несет в себе нечто позитивное. Задача лишь в том, чтобы захотеть увидеть то, что есть. Второй шаг должен заключаться в тщательном рассмотрении обстоятельств, которые «помогли» стать человеку таким, каким он стал и попытаться более или менее точно определить, за что ответственен сам человек, а за что – ситуация, обстоятельства, среда, окружение и другие факторы, формирующие человеческую личность. Например, если ребенок родился и воспитывался в семье воров, то, скорее всего, воровство он воспримет как позитивную норму, тем более, если родители, родственники и их знакомые будут всячески поощрять его попытки подражать им.

Конфликтные ситуации, возникающие в «пограничных» областях профессиональной деятельности, могут быть разрешены и с позиций общественной морали, которая, как говорилось ранее, по отношению ко всем видам профессиональной морали носит «рамочный» характер. Однако надо учитывать то обстоятельство, что в разные периоды времени мораль общества может быть более или менее гуманной, сближаясь с реально существующими нравами или, напротив, отдаляясь от них. При этом специалист, безусловно, должен уметь отделять мораль от нравов, знать их отличия. В случаях, если общественная мораль носит характер менее гуманный, нежели мораль профессиональная, она вряд ли может служить достаточным критерием для разрешения профессионально-этического конфликта. В конфликтной ситуации в данном случае целесообразно в качестве оценочного критерия использовать идеальные ценности и нормы и исходить при выработке решения в первую очередь из ценности человека и общества, их блага и коренных, сущностных интересов. Ценности человека и общества, являясь наиболее устойчивыми этическими ценностями, могут лечь в основу любого этико-аксиологического анализа ситуации, события, отношений, действий и т.п., позволяя специалисту, с одной стороны, преодолеть естественные различия профессионально-этических систем и кодексов, а с другой стороны, в необходимых случаях возвыситься над корпоративными интересами локальной профессиональной группы и иметь в виду лишь подлинное благо человека и общества.

При этом, безусловно, собственную позицию нужно не только четко обозначать, но и очень тщательно обосновывать. В этом отношении специалист должен выступать как пропагандист не столько профессионально-этической системы своей профессии, сколько общесоциальных и общечеловеческих этических ценностей и норм, имеющих значимость как в обыденной, так и в профессиональной деятельности.

Обращение к общественной морали может оказаться целесообразным и в том случае, если специалист нарушил ее нормы и совершил аморальный поступок в быту. Если в профессионально-этическом кодексе нет указания о том, что специалист и вне профессиональных рамок должен демонстрировать исключительно этичное поведении и высоко нести звание специалиста данной профессии и тем самым заботиться о престиже и статусе профессиональной группы в обществе, то профессиональная мораль и соответствующий кодекс окажутся неприменимыми в данных обстоятельствах: любые утверждения, что «это само собой разумеется» окажутся в правовом отношении несостоятельными и легко могут быть отвергнуты. Однако привлечение такого специалиста к ответственности на основе профессионально-этического кодекса станет возможным, если обратиться к требованиям, предъявляемым не к поведению и действиям специалиста (в бытовых обстоятельствах, скорее всего, он действовал не как специалист, а просто как человек), а к требованиям к профессионально значимым качествам его личности. Например, если в быту человек совершил нечестный поступок, обращаться к принципу честности может оказаться непродуктивным: события разворачивались вне профессиональных рамок. Но такое человеческое качество, как честность, может стать отправной точкой для этической оценки, если оно включено в профессионально-этический кодекс, в раздел требований к качествам личности. В самом деле, если человек совершил нечестный поступок, можно сделать вывод, что честность как личностное качество присутствует в нем в недостаточной мере, и уже исходя из этого, можно применять санкции.

Профессионально-этические конфликты в любом виде профессиональной деятельности не только возможны, но и, к сожалению,  почти неизбежны. Их решение на основе действующих профессионально-этических кодексов вполне возможно, хотя иногда целесообразно обращение к общественной морали. Можно лишь еще раз повторить,  что своевременная и качественная профессионально-этическая подготовка специалистов поможет если не избежать, то значительно снизить количество конфликтных ситуаций и оптимизировать их качество.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, если есть уверенность в том, что профессионально-этический кодекс необходим, следует разработать проект, обсудить его и принять. Однако, какой бы острой ни была необходимость принятия кодекса, как бы ни торопили обстоятельства, лучше делать это не наспех. И не только потому, что поторопившись, можно забыть внести в кодекс те положения, которые после зрелого размышления окажутся крайне важными. Не следует торопиться еще и потому, что второпях можно допустить множество ошибок, стилистических «шероховатостей», которые, естественно, станут таким же предметом обсуждения, как и сущность кодекса. И согласитесь, что внести в профессионально-этический кодекс изменения потому, что того требуют изменения в социальной и профессиональной жизни, или потому, что в нем множество ошибок – большая разница. Любой документ следует довести до максимально возможной степени совершенства, и лишь после этого обнародовать.

Уже говорилось, что профессионально-этический кодекс – это не сборник рецептов и конкретных «подсказок», как поступить в той или иной ситуации. Само принятие кодекса еще не гарантирует этически безупречного поведения специалистов. Автору известны случаи, когда специалисты узнали о существовании профессионально-этического кодекса спустя 7 – 9 лет после его принятия. Понятно, что пользы от такого кодекса было немного, хотя разработчики могли поставить себе в заслугу сам факт проделанной работы.

Профессионально-этический кодекс становится реально действующим документом тогда, когда большинство членов профессиональной группы (а не только узкой группы разработчиков) осознают необходимость его принятия, когда его содержание учитывает особенности профессиональной деятельности, состояние общественной морали, этики и профессиональной этики как науки о морали и профессиональной морали и когда специалисты приобрели навыки работы с кодексом. Все это вместе взятое представляет собой достаточно объемную и сложную работу, которую целесообразно продумать и распланировать заранее, чтобы впоследствии было как можно меньше неприятных сюрпризов. О том, как может быть организована работа над кодексом, описано в соответствующих главах.

Если нет каких-либо особых причин рассматривать кодекс как документ исключительно «для служебного пользования», полезным может оказаться его обнародование за пределами профессиональной группы. Например, текст кодекса может быть вывешен в помещении, где бывают не только специалисты: в приемной, в холле и т.п. Это поможет осуществлять этический контроль за действиями специалистов, с одной стороны, а с другой, это до некоторой степени будет дисциплинирующе влиять на самих специалистов, которые будут этот контроль ощущать.

В целом можно сказать, что сама профессиональная группа, если она заинтересована в повышении эффективности и качества своей работы, повышении престижа и статуса своей профессии в обществе, может предложить множество оригинальных решений, которые сделают профессионально-этический кодекс «рабочим документом», порой более действенным, нежели законодательство, которое, как известно, не вездесуще. Нужно лишь приложить желание, усердие, компетентность, и тогда разработка и принятие профессионально-этического кодекса станут серьезным стимулом для развития профессиональной деятельности.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 Анчел Е. Этос и история. - М.: Мысль, 1988г.

 Беклешов Д.В. Манеры и поведение делового человека. - М.: Молодая гвардия, 1993.

 Белякова Г.И. Профессиональная этика. - М.: Знание, 1975.

 Бербешкина З.А. Этика социального работника. // Теория и практика социальной работы: проблемы, прогнозы, технологии. Под ред. Холостовой Е.И. - М.: РГСИ, 1993.

 Волченко Л.Б. Культура поведения, этикет, мораль. - М.: Прогресс,  1982.

 Выгорбина А.Е. Культура политического диалога и сотрудничества (социально-политический аспект). - М.: Вузовская книга, 1998.

 Выгорбина А.Е. Этика внутриколлективных отношений. - М.: Вузовская книга, 1999.

Гоголев Л.Д. Беседы об эстетике поведения. Киев, 1990.

Голохвастов Д.П. “Домострой” Благовещенского попа Сильвестра. - М.: 1845.

 Гусейнов А.А., Иррлитц Г. Краткая история этики. - М.: Мысль, 1987.

 Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. - М.: Гардарика, 1998.

Медведева Г.П. Профессионально-этические основы социальной работы. Курс лекций. – М.: Изд-во МГСУ «Союз», 2002, - 304с.

Демидов Н.В. Деловой протокол и этикет. М., 1994.

Капто А.С. Профессиональная этика. В 2-х ч. Учебное пособие. - М.: РИЦ ИСПИ РАН, 1997.

 Котов Д.П. Профессиональный долг. - М.: Мысль, 1979.

Крутов Н.Н. Мораль в действии: о закономерностях влияния морали на поведение личности. - М.:1977.

Куликова Н.Н. Содержание и критерий нравственного прогресса (Опыт философско-этического исследования проблемы). - М.: Наука, 1967.

Культура. Нравственность. Религия. (Материалы “Круглого стола”). // Вопросы философии, №11, 1989.

Курочкина И.Н., Черник Т.В. Этикет в нашей жизни: исторический и методический аспекты. - М.: 1994.

Курочкина И.Э. Современный этикет. Методическое пособие для преподавателей. – Калуга: 1993.

Медведева Г.П. Этика социальной работы. Учебное пособие. – М.: «Владос», 2002, - 208с.

 Медведева Г.П. Социально-этические ориентиры профессиональной социальной работы (социально-философский анализ). Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. канд. филос. наук. – М.: 1999.

 Медведева Г.П. Проблемы формирования ценностного сознания специалиста в области социальной работы. // Ученые записки МГСУ: научно-теоретический сборник. М.: изд-во МГСУ «Союз», №3, 2000.

 Медведева Г.П. Профессионально-этические основы социальной работы. – М.: Изд-во МГСУ «Союз», 2003.

 Медицинская этика и деонтология. Под ред. Морозова Г.В., Царегородцева Г.И. - М.: Медицина, 1983.

Миренков В.И. Профессия и мораль. - Л.: Знание, 1982.

 Мосеев Р.Н. Международные этические нормы и психология делового общения. - Москва-Воронеж: МОДЭК, 1997.

Наука и этика. Реферативный сборник. Под ред. Горбовского А.А. - М.: 1979.

 Новейший философский словарь. Сост. Грицанов А.А. - Минск: Изд. В.М. Скакун, 1998.

Ночевник М.Н. Культура и этика общения. – Ташкент: 1985.

Нуйкин А. Идеалы или интересы. // Новый мир, №1,2 1988.

Оссовская М. Рыцарь и буржуа. - М.: Прогресс, 1987.

Очерк истории этики. Под ред. Чагина Б.А. - М.: 1969.

Петражицкий Л.И. Введение в изучение права и нравственности. Эмоциональная психология. - Спб.: 1905.

 Печчеи А. Человеческие качества. - М.: Прогресс, 1985.

Писаренко В.И., Писаренко И.Я. Педагогическая этика. - Минск: «Народная асвета», 1977.

 Пряжников Н.С. Личность в эпоху продажности. - М.-Воронеж: МОДЭК, 2000.

 Ребрин В.А. Общественное благо и общественный долг. - М.: Мысль, 1971.

Роль профессиональной этики в управлении нравственным воспитанием. Под ред. Гришина Э.А., Согомонова Ю.В. - Владимир: 1980.

 Рувинский Л.И. Нравственное воспитание личности. - М.: Изд-во МГУ, 1981.

 Сафьянов В.И. Этика общения. - М.: 1991.

Сенченко И. Этика и этикет деловых отношений. В кн.: Основы менеджмента. - М.: 1993.

Словарь по этике. Под ред. Кона И.С. - М.: Политиздат, 1981.

 Строгович М.С. Проблемы судебной этики. - М.: Наука, 1974.

 Толстых А.В. Морально-этические проблемы психологической практики. - М.:  Наука, 1988.

 Федоренко Е.Г. Профессиональная этика. - Киев: Вiща школа, 1983.

 Холостова Т.В. Этическое воспитание. - Л.: Знание, 1970.

Чангли И.И. Философские аспекты труда. - М.: Знание, 1981.

Чеботарева Э.П. Врачебная этика. - М.: Медицина, 1970.

Чернокозов И.И. Профессиональная этика учителя. – Киев: Радяньска школа, 1988.

Чернокозова В.Н. Этика молодого человека: беседы о простых нормах нравственности. - Ростов-на-Дону: 1976.

Швейцер А. Культура и этика. - М.: Прогресс, 1973.

Шишкин А.Ф. Из истории этических учений. - М.: Знание, 1959.

Этикет делового человека: по материалам зарубежной прессы. Екатеринбург, 1993.

Ярская-Смирнова Е. Профессиональная этика социальной работы. - М.: КЛЮЧ-С, 1999.

 Яценко А.И. Целеполагание и идеалы. - Киев: Наукова думка, 1977.

 

 

ПРИЛОЖЕНИЕ

В данном Приложении представлен проект профессионально-этического кодекса специалистов. Безусловно, приведенный здесь примерный профессионально-этический кодекс не следует рассматривать как единственно возможный и верный эталон формы и содержания профессионально-этического кодекса. Однако по замыслу автора он имеет  достаточно общий характер, чтобы позволить представителям различных профессий и профессиональных ассоциаций воспользоваться им, взяв за основу при разработке собственного документа. Именно поэтому в тексте примерного кодекса не указано наименование профессии и профессиональной ассоциации. Вместо этого употребляются общие формулировки типа «профессиональная деятельность» и «профессиональная сфера» вместо «педагогика», «социальная работа», «наука», «юриспруденция»; «профессиональная ассоциация» вместо «Союз журналистов», «Ассоциация работников социальных служб» и т.п.; «специалисты»  вместо «психологи», «врачи», «журналисты» и т.п..

Специфика конкретной профессиональной деятельности может подсказать дополнения, изменения, не учтенные автором. В скобках представлены различные варианты формулировок отдельных пунктов, которые могут представлять интерес для представителей конкретных профессий, однако они не исчерпывают всего многообразия возможностей. Поэтому при разработке профессионально-этического кодекса для конкретной профессиональной группы следует руководствоваться не только представленным здесь примерным кодексом, но и учитывать специфические особенности профессиональной деятельности.

ПРИМЕРНЫЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЙ КОДЕКС СПЕЦИАЛИСТОВ _________________

(ЧЛЕНОВ РОССИЙСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ АССОЦИАЦИИ СПЕЦИАЛИСТОВ _________________)

ПРЕАМБУЛА (введение).

(Профессиональная деятельность) – это  (базовое определение профессиональной деятельности).

Объектом профессиональной деятельности является человек (природные ресурсы, экономика, духовная сфера и т.п.), ее предметом – благополучие человека (здоровье, безопасность, честь и достоинство и т.п.). Цели профессиональной деятельности заключаются в (____________), ее задачи - ___________________.

(Профессиональная деятельность) занимает важнейшее место в жизни общества, содействуя решению его проблем и выполняя функции (важнейшие функции профессиональной деятельности).

Специалист (врач, педагог, офицер, адвокат и т.п.) – это и профессия, и звание, и миссия, осуществлять которую и почетно, и ответственно, поскольку результат профессиональной деятельности необходим всему обществу и каждому его члену.

Результаты профессиональной деятельности, ее эффективность существенно зависят от поведения и действий специалистов, их личностных качеств, реализуемых в процессе деятельности. В этой связи профессиональная ассоциация специалистов считает необходимым ввести профессионально-этический кодекс, который призван стать средством регулирования и контроля деятельности, поведения и отношений специалистов, способствовать формированию и закреплению у них профессионально значимых черт личности.

Профессионально-этический кодекс, принятый национальной ассоциацией, является документом, которым все коллективные и индивидуальные члены профессиональной ассоциации обязаны руководствоваться в своей практической профессиональной деятельности. Настоящий профессионально-этический кодекс является документом, обязательным для специалистов данной профессиональной группы – членов национальной ассоциации независимо от конкретной сферы и учреждения, в которых используются их профессиональные знания, навыки и умения.

(Представительный орган профессиональной ассоциации), члены профессиональной группы считают, что введение профессионально-этического кодекса позволит повысить эффективность профессиональной деятельности и достигнуть высокого качества ее конечного результата и одновременно избежать грубых ошибок и злоупотреблений.

ТРЕБОВАНИЯ К СУЩНОСТИ И СОДЕРЖАНИЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ГРУППЫ.

ГЛАВНЫЕ ЦЕННОСТИ И ИДЕАЛЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Главными ценностями - целями профессиональной деятельности, к реализации которых стремятся специалисты, являются человек, его благо.

Члены профессиональной ассоциации признают и реализуют следующие ценности, являющиеся условиями достижения главных целей:

свобода как возможность безусловной самореализации личности;

(достоинство, здоровье, безопасность, материальное благополучие, мировоззрение, образование членов общества и т.п.);

и т.п..

В качестве основных средств для достижения поставленной цели профессиональная группа признает (содержание профессиональной деятельности, например, главные технологии и методы).

Члены профессиональной группы стремятся к достижению профессионального идеала. Идеалом профессиональной деятельности является (такое состояние самой профессиональной деятельности и совокупной профессиональной группы, при котором возможным становится наиболее полное удовлетворение специфических потребностей общества в конечном продукте конкретной профессиональной деятельности).

ТРЕБОВАНИЯ К ПОВЕДЕНИЮ И ДЕЙСТВИЯМ СПЕЦИАЛИСТОВ (ПРИНЦИПЫ И НОРМЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ЭТИКИ)

В своей деятельности члены профессиональной группы руководствуются следующими этическими принципами:

конфиденциальность – уважение права клиента на соблюдение его личной тайны, если это не наносит ущерба другим людям и обществу в целом;

толерантность – признание за клиентом (потребителем конечного продукта деятельности) права быть самим собой в пределах норм, признаваемых обществом;

объективность – формирование отношения к клиенту (потребителю конечного продукта) на основе рационального, а не эмоционального подхода;

бескорыстие – выполнение профессиональных действий без расчета на дополнительное вознаграждение со стороны клиента (потребителя конечного продукта деятельности);

ответственность – на основе признания зависимости конечного результата деятельности от индивидуальных действий специалиста;

и другие.

Члены профессиональной группы действуют в пределах своей компетентности и компетенции, не превышая полномочий, при необходимости принимая профессиональное содействие от представителей других профессиональных групп и оказывая им его.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ДОЛГ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СПЕЦИАЛИСТА

Специалист несет ответственность за содержание и результаты своей деятельности перед обществом и государством, профессией, профессиональной группой, клиентами и самим собой.

Долг и ответственность перед обществом и государством заключаются в содействии достижению целей, поставленных ими перед профессией и профессиональной группой и выполнению возложенных на нее функций.

Долг и ответственность перед профессией состоят в поддержании высокого престижа и статуса профессии в обществе, сохранении ее основного смысла и содержания.

Долг и ответственность перед профессиональной группой, коллективом учреждения заключаются в сохранении единства, целостности профессиональной группы, поддержании отношений товарищества, взаимопонимания и взаимопомощи.

Долг и ответственность перед клиентом (потребителем конечного продукта деятельности) заключаются в максимальном удовлетворении разумных потребностей клиента в пределах

Долг и ответственность специалиста перед самим собой состоит в постоянном профессиональном и личностном совершенствовании,

ТРЕБОВАНИЯ К ПРОФЕССИОНАЛЬНО ЗНАЧИМЫМ КАЧЕСТВАМ ЛИЧНОСТИ СПЕЦИАЛИСТА

Смысл и содержание профессиональной деятельности требуют от специалиста таких качеств, как гуманистическая направленность личности и альтруизм, основанные на признании безусловной ценности человека и способности действовать во имя его интересов.

В отношениях с  клиентами (потребителями конечного продукта деятельности), коллегами, представителями различных организаций, учреждений и т.п. специалист должен демонстрировать такие качества, как честность и открытость, порядочность и доброжелательность, чувство солидарности и ответственности.

Специфическое содержание профессиональной деятельности требует от специалиста наличия таких качеств, как (сострадательность, милосердие, эмпатия; сила воли, энергичность, терпение; справедливость, непредвзятость, терпимость  и др.).

Специалист должен обладать профессиональным оптимизмом, адекватной самооценкой, стремлением к профессиональному и личностному самосовершенствованию.

Лица, стремящиеся стать членами профессиональной группы, должны обладать качествами, профессионально значимыми для профессиональной деятельности.

СИСТЕМА САНКЦИЙ

Профессиональная ассоциация специалистов заинтересована в том, чтобы ее члены следовали положениям настоящего кодекса. За несоблюдение отдельными членами профессиональной группы или коллективами специалистов требований кодекса профессиональная ассоциация имеет право наложить санкции.

Решение о наложении санкций (решение о ходатайстве о наложении санкций) принимается после тщательного изучения создаваемой для этого компетентной экспертной группой (постоянно действующей комиссией).

Наложение санкций осуществляется представительным и полномочным органом профессиональной ассоциации (по его ходатайству – полномочными административными и др. органами).

Действия специалистов, связанные с выполнением его долга и соблюдением требований профессионально-этического кодекса в особо сложных условиях могут быть поощрены положительными санкциями.

УСЛОВИЯ ДЕЙСТВИЯ И ЛЕГИТИМИЗАЦИИ ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ЭТИЧЕСКОГО КОДЕКСА СПЕЦИАЛИСТОВ В ОБЛАСТИ _________ (членов Российской национальной ассоциации специалистов)

Настоящий профессионально-этический кодекс (разработан и) принят национальной ассоциацией специалистов на ее заседании (заседании президиума, исполнительного комитета, съезде) «___»_________200___г. Протокол №____.

Профессионально-этический кодекс распространяется на всех членов профессиональной группы (членов Российской национальной ассоциации специалистов) независимо от места их работы.

В случае возникновения профессионально-этических конфликтов между специалистами (членами Российской национальной ассоциации специалистов) и представителями иных профессиональных групп, совместно с ними работающими в специфических и неспецифических для данной профессии учреждениях, в разрешении конфликтов необходимо руководствоваться наиболее общими императивами профессионально-этических кодексов, при необходимости привлекая экспертов профессиональных ассоциаций.

Изменения в настоящий кодекс могут быть внесены как по инициативе руководства национальной ассоциации, так и по инициативе ее региональных отделений, а также отдельных членов профессиональной группы при условии, что предлагаемые изменения и правки носят существенный характер. Порядок внесения изменений в текст кодекса определяется руководством национальной ассоциации и настоящим кодексом.

Настоящий кодекс действует вплоть до его пересмотра, замены другим аналогичным документом или полной отмены. Вопрос пересмотра, замены или отмены кодекса решается профессиональной ассоциацией специалистов в общем порядке.

Настоящий профессионально-этический кодекс вводится в действие с момента его официальной публикации в средствах массовой информации.

[1] Под ред. Кона И.С. Словарь по этике. М., Политиздат, 1981г., с. 408.

[2] Другие разделы профессионально-этического учения (такие, например, как исторический раздел, изучающий процесс формирования профессиональной этики и морали и отдельных их компонентов) в практике профессиональной деятельности могут иметь меньшую значимость, хотя с точки зрения целостности самого учения должны разрабатываться.

[3] Под ред Кона И.С. Словарь по этике. М., Политиздат, 1981г., с. 211.

[4] Ср.: Словарь по этике / Под ред. И.С. Кона. – М.: Политиздат, 1981. – С. 410.

[5] Среди них такие, как принцип гуманизма, требующий уважительного и справедливого отношения  к человеку и признания его достоинства, вежливости, скромности, чуткости, внимательности и точности во взаимоотношениях; принцип учета и уважения народных обычаев и традиций; принцип целесообразности действий и принцип эстетической привлекательности поведения (красоты поведения).

[6] См.: Философский энциклопедический словарь. Ред.-сост. Губский Е.Ф., Кораблева Г.В., Лутченко В.А. – М.: ИНФРА-М, 2000. С. 143.

[7] Термин “деонтология” (от греч. deon – долг, deonthos - должный) был введен в научный лексикон для обозначения учения о долге и должном поведении, поступках, образе действий ХVIII веке английским философом-утилитаристом Иеремией Бентамом (1748-1832гг.).

[8] Ср.: Словарь по этике. Под ред. И.С. Кона. – М.: Политиздат, 1981. С. 125-126.

[9] Словарь по этике. Под ред. Кона И.С.. - М.: Политиздат, 1981., с. 274.

[10] Там же, с. 125.

[11] Федоренко Е.Г. Профессиональная этика. - Киев: Вiща школа, 1983., с. 15.

[12] Словарь по этике. Под ред. Кона И.С. - М.: Политиздат, 1981., с. 274.

[13] В частности, современного российского общества, в котором мораль либерализирована не в лучшем смысле этого слова и делает позволительными вседозволенность, эгоизм, беспринципность, корыстолюбие.

[14] См. предыдущую главу.

[15] Профессионально-этические кодексы не содержат в себе указаний о конкретных профессиональных ситуациях.

[16] Например, клонирование как способ «тиражирования» и бесконечного сохранения личности.

[17] Данный раздел не представляет собой истории профессиональной этики. В нем лишь сделана попытка раскрыть некоторые аспекты становления профессионально-этической кодификации профессиональной деятельности.

[18] Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец немецкой классической философии. - Маркс К., Энгельс Ф.. Собр. соч. Т.21. с. 298-299.

[19] См. напр.: Словарь по этике. Под ред. И.С. Кона. – М.: Изд-во Политической литературы, 1981. – с. 26.

[20] Энгельс Ф. Немецкая идеология. - Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. т.20, с. 94.

[21] Очерк истории этики. Под ред. Чагина Б.А.-  М.: Мысль, 1969. с. 21

[22] Оссовская М. Рыцарь и буржуа. М., Прогресс, 1987г., с. 54-55.

[23] Следует иметь в виду, что все вышесказанное относилось к «гражданам», т.е. свободным людям, не рабам. А, как известно, значительная часть профессиональных видов деятельности сформировалась на основе специализации труда рабов.

[24] Белякова Г.И. Профессиональная этика. - М.: Знание, 1975. С. 12.

[25] Безусловно, библия содержит не только этические материалы. Но несомненно, что все возникшие позднее документы, посвященные профессиональным и обыденным действиям и поведению священнослужителей, созданы на основе и с учетом библейских текстов.

[26] См. напр.: Федотов Г. Святые древней Руси. - М.: Московский рабочий, 1990, с. 147-180. Серафим Саровский. О цели христианской жизни (Беседа старца Серафима с Н.А. Мотовиловым) // В кн.: Под ред. Фролова И. Т. Человек: мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. ХIХ век. - М.: Республика, 1995, с. 367. Сергий Радонежский. Заветы в прощальной беседе с учениками. // В кн.: Гумилев Л.Н. От Руси до России. / Диалог источников. - М.: 1995, с.420. Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться? - М.: 1914., с. 38-60. и др.

[27] Лишь совершив подвиг, можно было рассчитывать на посвящение в рыцари.

[28] Голохвастов Д.П. “Домострой” Благовещенского попа Сильвестра. - М., 1845., гл.ХIХ.

[29] Курочкина И.Н., Черник Т.В. Этикет в нашей жизни: исторический и методический аспекты. - М.: 1994, с.9.

[30] См.: Бентам И. Введение в основания нравственности и законодательства. – Спб: 1867. Деонтология, или наука о морали. Т. 1,2.. – М.: Инфра-М, 1997.

[31] Например, если в некой местности население страдает от обилия комаров, то, разрабатывая проект избавления от насекомых, следует подумать и о возможности иных экологических последствий: не пострадают ли птицы, животные, а потом и люди, причем не только в этой местности, но и в других тоже. Оценка результатов должна быть по возможности разносторонней и включать в себя все возможные последствия.

[32] Как известно, абсолютного добра, как и абсолютного зла, не существует; всё заключает в себе потенциально и добро, и зло одновременно. Многое здесь зависит от целей того, кто приступает к деятельности. Например, если сделано открытие в области химии, которое потенциально может осчастливить человечество, следует подумать, готов ли человек использовать его исключительно во благо себе и не  погубит ли себя, создав на базе этого открытия химическое оружие, способное отравить всё живое, и принять соответствующие случаю меры безопасности.

[33] Например, специалистами в области социальной работы созданы две профессиональные ассоциации. Естественно, что решения, принятые одной из них, необязательны для членов второй. Но есть и специалисты, не являющиеся членами ни одной из этих профессиональных ассоциаций.

[34] Довольно часто профессионально-этические кодексы получают собственное название, например «Профессиональная этика специалистов в области…», что неверно.

[35] Например, психолог, или педагог, или юрист, или иной специалист, работающий индивидуально на основании лицензии, отступает от требований профессиональной морали, не нарушая при этом законов. Понести ответственность за неэтичные действия он может, если он не только член совокупной профессиональной группы, но и член профессиональной ассоциации; если профессиональной ассоциацией принят профессионально-этический кодекс; если в кодексе предусмотрена система санкций; если санкционирование в любой форме правомерно осуществляется профессиональной группой; если в одном из нормативно-правовых актов, которыми в своей деятельности руководствуются местные органы власти, выдавшие лицензию, отражена их обязанность учитывать мнение профессиональной ассоциации.

[36] Существовавшая система хозрасчетных лечебных учреждений (УХЛУ) не была развита широко, хотя ее услугами население охотно пользовалось как дополнительными при необходимости. Аналогичным образом дело обстояло и в других сферах: основные услуги предоставлялись бесплатно, дополнительные – за плату. В настоящее время соотношение обязательного и необязательного (дополнительного) в сфере услуг изменилось.

[37] Н.Н. Пряжников. Личность в эпоху продажности. – М.-Воронеж, МПСИ-МОДЭК, 2000. С. 115-129.

[38] Можно, конечно, высококвалифицированному специалисту, работающему с неизменно высоким качеством, платить заработную плату «новичка», «стажера» и таким путем снизить издержки, но это вряд ли будет справедливо.

[39] Продолжая вышеприведенный пример, можно неправильно сформулировать тезис таким образом: «Высшими ценностями деятельности являются здоровье человека и медицинское обслуживание». Анализ этого тезиса дает примерно следующие результаты: здоровье человека – это и в самом деле то, ради чего может (и должна) существовать, развиваться и совершенствоваться профессиональная деятельность. Но может ли и должно ли существовать медицинское обслуживание само по себе, вне его подчиненности ценности здоровья человека? Если да, то получается, что здоровье и медицинское обслуживание – ценности равного ранга, и с одинаковым основанием можно сказать, что деятельность осуществляется как во имя здоровья человека, так и во имя самого медицинского обслуживания. Иными словами, деятельность осуществляется и во имя конечной цели, и во имя самого процесса деятельности, т.е. сама для себя или, может быть, во имя тех людей, которые медицинскую профессию выбрали как постоянную сферу деятельности. Т.е., если есть медики, значит, у них во что бы то ни стало должно быть профессиональное занятие. Значит, люди просто обязаны болеть, чтобы медикам было чем заняться. А болезнь, как известно, есть состояние, противоположное здоровью. Видно, что соединение в одном тезисе цели и средства ее достижения в данном случае приводит к девальвации истинной цели. Аналогичный результат можно получить, если соединить в одном тезисе благополучие и толерантность, справедливость и правосудие и т.п.

[40] Например, идеалом могла бы быть реализация ценности материального благополучия всего населения. Это действительно идеал, но в настоящее время он выглядит скорее фантастичным, чем достижимым, поэтому правильнее было бы в сформулировать идеал как отсутствие нищеты.

[41] Этот принцип не противоречит требованию «сделать для клиента все возможное и даже больше». Речь идет лишь о том, что, будучи профессионалом в своей локальной области, специалист чаще всего является дилетантом в других профессиональных областях – это неоспоримый факт, естественное положение дел. Поэтому, чтобы не подвергать клиента опасности ущерба от некомпетентных действий, лучше честно признать, что невозможно все на свете одинаково хорошо знать и уметь и что есть представители других профессий, которые могут быть привлечены к решению проблемы. Не стыдно признать, что не знаешь тонкостей других профессий, стыдно давать себе чрезмерно высокую оценку как универсальному специалисту.

[42] Это можно проиллюстрировать следующими рассуждениями. Если мы утверждаем, что главную ответственность несем перед клиентом, обратившимся за нашим профессиональным содействием в решении неких его проблем, то имеем полное право интересы всех остальных участников процесса деятельности рассматривать как второстепенные и думать об их удовлетворении в последнюю очередь. Если же интересы клиента и всех остальных противоположны, то выбор должен быть сделан в пользу интересов клиента, даже если это нанесет ущерб всем остальным. Это последнее суждение приводит к выводу, что наша профессиональная деятельность может даже стать антиобщественной и попросту криминальной.

    Если же мы рассматриваем в первую очередь обязательным для себя выполнение  долга перед обществом и государством, а своего клиента – как члена общества, причем имеем в виду, что его статус как клиента носит зачастую временный и вынужденный характер, то вышеизложенное противоречия будет снято.

[43] Возможны, однако, и иные решения. Например, если общество живет по антигуманным законам и общественная мораль носит явно античеловечный характер, то конфликт может быть разрешен на основе принципов профессиональной этики в пользу гуманизма. Полное игнорирование норм и принципов профессиональной этики в конечном счете может привести к тому, что деятельность специалиста утратит свой гуманистический смысл и трансформируется в формальные, хотя, может быть, и верные с точки зрения потребностей социума действия по поддержанию жизнедеятельности отдельных индивидов.

[44] Такие ограничения должны присутствовать не только в профессионально-этической системе медицинских работников. Уже упомянутая торговля тоже должна быть профессиональной, а профессионализм предполагает наличие достаточных знаний о реализуемых товарах и их свойствах. Основываясь на знаниях, торговый работник должен дать покупателю квалифицированную консультацию и, если это необходимо, отговорить его от покупки, т.е. лозунг «клиент всегда прав» и в этой сфере абсурден. Однако такие действия продавца могут непосредственно сказаться на его личных экономических интересах, которые в реальной действительности, к сожалению, зачастую оказываются наиболее важными.

[45] Деликатность формы очень часто становится камнем преткновения для специалиста. Как известно, слово – мощное оружие: словом можно убить. Но словом можно и окрылить человека, заставить его преодолеть самого себя. Однако для того, чтобы слова «работали» таким образом, нужно уметь ими оперировать, что, к сожалению, не стало прерогативой каждого специалиста, хотя не каждый себе в этом признается и даже мысли не допускает о своем лексическом и фразеологическом несовершенстве.


Закрыть ... [X]

Шпаргалка: Теория государства и права в системе гуманитарных Макияж с профессиональной палеткой

Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это Социальный регулятор общественных отношений это